Суд Кургана обязал пластических хирургов выплатить семье умершей пациентки 1 млн рублей

Курганский городской суд обязал ООО Мэрилин (юридическое лицо местного филиала клиники пластической хирургии Persona Nova) выплатить более 1 млн рублей семье своей пациентки Светланы Гневашевой, которая скончалась после операции весной прошлого года. Такое решение было вынесено сегодня, передает корреспондент Znak.com из зала заседаний. При этом представительница ООО Мэрилин в суде выступала категорически против любых выплат родственникам погибшей. По ее словам, оснований для выплаты компенсации нет, так как проведенная экспертиза опровергла выводы о том, что сотрудники клиники виноваты в гибели женщины. Представительница компании заявила, что ООО Мэрилин не оговаривало с семьей никаких вопросов о компенсации морального вреда, а гражданский муж Светланы Гневашевой не может рассчитывать на компенсацию в связи с тем, что к моменту гибели женщины он не со стоял с ней в официальном браке. Однако адвокат потерпевших Анастасия Морозова приобщила к материалам дела скриншоты переписки дочери погибшей с руководством клиники в мессенджере WhatsApp, в которой руководство клиники само выступило инициатором возмещения морального вреда семье Гневашевой. Она также приложила к материалам копию соглашения по возмещению морального вреда, отметив, что оно был составлено по инициативе ООО Мэрилин . На это представитель ответчика заявила, что клиника ничего не предлагала, а заключенный договор не имеет к Мэрилин никакого отношения. Она требовала не учитывать скриншоты в качестве доказательства, поскольку их происхождение неизвестно. А также направила встречный иск с требованием признать основания для иска Андрея Гневашева ничтожными и отказать в удовлетворении его заявления. Однако суд отклонил встречный иск клиники и обязал ООО Мэрилин выплатить семье Гневашевых по 304 тыс. рублей на каждого члена семьи плюс компенсацию понесенных расходов, связанных с организацией похорон. Поскольку изначально была заявлена более крупная сумма, адвокат Анастасия Морозова не исключает, что на решение суда будет подана апелляционная жалоба. Кроме того, семья Гневашевой планирует направить жалобу на решение о прекращении уголовного дела по факту смерти женщины. Заведующая детским садом № 127 45-летняя Светлана Гневашева скончалась 4 мая 2017 года. За день до этого хирург частной клиники Persona Nova провел ей пластическую операцию на базе стационара Областной железнодорожной больницы. Директор ООО Мэрилин Марина Ермакова тогда заявляла, что операция не относится к числу сложных и длилась не более двух часов. После нее Гневашева общалась с родственниками по телефону, на следующий день тоже чувствовала себя хорошо, но встала, сделала несколько шагов, упала и умерла. Причиной смерти женщины, по заключению судебно-медицинской экспертизы, стал тромбофлебит. 2 июня 2017 года по факту произошедшего следственный отдел по Кургану СУ СКР возбудил уголовное дело по части 2 статьи 109 УК РФ ( Причинение смерти по неосторожности в результате ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей ). Но 17 мая 2018 года уголовное дело было прекращено, поскольку силовики не нашли причинно-следственной связи между действиями врачей и смертью Светланы Гневашевой. У Гневашевой остались муж и трое детей. После трагедии, по словам Анастасии Гневашевой, Марина Ермакова сама предложила выплатить более 1 млн рублей (компенсация морального вреда, деньги за операцию, расходы за погребение). Она отмечала, что медики ни в чем не виноваты, но клиника хочет помочь семье после смерти матери. Однако за прошедший год медучреждение выплатило семье лишь около 130 тыс. рублей. Поскольку соглашение было официальным, семья решила обратиться в суд. Добавим, что Марина Ермакова, комментируя ситуацию неделю назад, отмечала: Мы не передумали, мы перевели 130 тыс. рублей. Сейчас, к сожалению, у нас нет возможности выполнить все обязательства, немножко не те времена настали в этом году. Поэтому так сложилось, что мы не можем выполнить все свои обещания по договору. Но мы бы хотели еще какую-то часть вернуть . Вместе с тем юристы клиники настаивали в суде, что соглашение нужно признать ничтожным.