Кинотавр, дни второй и третий: Люба слезла с дуба
Пока что главная тема «Кинотавра» - это отношения отцов и детей (или, как вариант, дочек и матерей). Про показанный вне конкурса фильм Веры Глаголевой «Не чужие» о взрослой дочери, возвращающейся в родной город к матери, мы уже писали. В чем-то похожая история - и в центре фильма Игоря Каграманова «Пусть будет Лиза», показанного в конкурсе «Дебюты». Ее героиня Катя уже несколько лет замужем, отчаянно хочет забеременеть, на досуге придумывает своим незачатым детям имена («Если девочка, пусть будет Лиза») - вот только ничего у нее не получается. Ее мать (прекрасная, как обычно, Наталья Павленкова) ночами слушает супружеское сопение за стенкой, с отвращением вздыхает и утром встречает дочь словами «Артель «Напрасный труд»! Ей хочется внуков. При этом у нее, кроме Кати, еще есть взрослый сын, женатый на довольно неприятной бабе, прекрасно чувствующий себя под ее каблуком и давно уже ставший отцом. Именно этому сыну героиня Павленковой, когда ее разбивает легкий инсульт, и решает завещать свое самое ценное имущество - дачу. Катя категорически против - и исподволь у нее рождается план как-нибудь аккуратно прикончить матушку.
Это, конечно, напоминает фильмы Андрея Звягинцева «Елена» и «Нелюбовь» - а еще сериалы телеканала «Россия» (впрочем, там, кажется, избегают столь резких сюжетных поворотов). «Пусть будет Лиза» - довольно медленный фильм с довольно неадекватной героиней (маловменяемые женщины- еще одна очень популярная в этом году на «Кинотавре» тема). Кажется, что «Лиза» задумывалась как получасовая короткометражка, а потом была искусственно растянута на полтора часа; наблюдая за тем, как неспешно Катерина готовится к преступлению (долго бредет к аптеке, переплывает на лодочке через речку, выходит из лодочки, заходит в аптеку, пробивает ядовитое снадобье стоимостью 60 рублей 80 копеек, выходит из аптеки, идет домой, не спеша готовит для мамочки сатанинский компот с отравой и так далее), можно ненароком и уснуть.
* * *
«Ты всегда все решала за меня, единственное решение, которое я приняла сама - выйти замуж за того, кого люблю, и теперь ты ненавидишь моего мужа!» - выпаливает Катя в разговоре с матерью - и примерно то же самое, минус упоминание о муже, кричит Алексей Серебряков Даниэлю Ольбрыхскому в фильме Сергея Ливнева «Ван Гоги». Ольбрыхский - знаменитый дирижер, Серебряков - его сын, не особо удачливый художник, мечтающий об эвтаназии. Они жили в СССР, потом отец уехал в Прибалтику, а сын - в Израиль. Много лет не виделись, а сейчас, когда отец похоронил очередную жену и заболел (сперва кажется, что паркинсонизмом, потом выясняется, что агрессивной формой болезни Альцгеймера, которая вот-вот сожрет его мозг), встретились и попытались доказать друг другу, что, несмотря на что, друг друга очень любят.
«Ван Гоги» невероятно похож на тексты Людмилы Улицкой и Дины Рубиной, двух главных экспертов по драматическим отношениям интеллигентных, немолодых, отчасти даже умирающих людей, особенно евреев-эмигрантов. С ходу вспоминаются два не то что неудачных, а практически невыносимых фильма по их произведениям - «Ниоткуда с любовью» (по «Веселым похоронам») и «На Верхней Масловке»; по счастью, «Ван Гоги» - произведение сильно выше классом. Серебряков говорил перед показом, что фильм делался с огромной нежностью - и да, эта неподдельная нежность чувствуется на экране. Это очень неторопливая, рассчитанная на солидную взрослую аудиторию картина, в которой нелегко угадать характерный когда-то для Ливнева почерк (в свое время он прославился как соавтор сценария «Ассы» и постановщик отвязного «Серпа и молота», а потом на четверть века ушел в продюсеры). Но в «Ван Гогах» хватает удачных шуток, а главное - Ливнев собрал в фильме превосходный актерский ансамбль. Ольбрыхский и Серебряков одним движением брови обесценивают и сводят на нет усилия потуги большинства современных молодых актеров, которым до такой игры как до Юпитера пешком. С ними в кадре - Полина Агуреева, Елена Коренева, Светлана Немоляева, Наталья Негода, Ольга Остроумова, Авангард Леонтьев, Евгений Ткачук (который благодаря некоторому внешнему сходству с Серебряковым еще не раз сыграет родственников его героев, а потом займет в российском кино то место, которое ныне занимает он). Смотреть на всех них - сплошное удовольствие.
* * *
Чего не скажешь, увы, про персонажей фильма Дмитрия Месхиева «Два билета домой». Героиня его - девушка Люба из провинциального городка в Ленинградской области. Она всю жизнь прожила в интернате для детей-сирот, наконец заканчивает его, собирается вместе с любимым (все тот же Евгений Ткачук) отправиться в Питер, чтобы поступить на курсы стюардесс. И на выпускном внезапно узнает, что ее родной отец не сгорел на пожаре, как она всю жизнь думала - а последние 15 лет просидел в колонии за убийство ее матери. Тут Любу еще и бросает Ткачук (которого волновала не она, а квартира, полагающаяся ей как сироте; когда выясняется, что квартиру еще пять лет нельзя будет продать, интерес к девушке у подлеца моментально рассасывается). Но у Любы есть еще один мальчик-друг - безнадежно влюбленный в нее одноклассник. Он недавно где-то разжился старым пистолетом с патронами. Отобрав у паренька оружие, Люба садится на поезд и едет в колонию с целью убить отца. (Зачем - отдельный вопрос, на который ни у героини, ни у авторов нет ответа).
В общем, она, конечно, находит своего старенького папашу (который очень кстати покидает зону, оттрубив свой срок), бегает за ним, то наставляет на него ствол, то убирает пистолет обратно в сумочку. Отец и сам не понимает, какого черта за ним гоняется какая-то полоумная девица (в целях нагнетания драматизма она никак не может признаться, что является его дочерью). Пытается на пробу с ней переспать - она почему-то вырывается. Пытается от нее откупиться - она берет деньги и не уходит. Только спустя полчаса мучительных экранных метаний прозвучит фраза «Люк, я твоя дочь», раздастся грохот выстрела (не смертельного), и фильм пулей улетит в совсем уж непристойные мелодраматические эмпиреи.
Сергей Гармаш не только сыграл отца героини, но и выступил как автор сюжета, соавтор сценария и сопродюсер картины. Гармаш великий актер, но и его (как и всех актеров) на площадке нужно контролировать, - что Дмитрий Месхиев, похоже, счел излишним. В результате в самые драматические моменты возникает четкое ощущение, что Сергей Леонидович от переизбытка чувств вот-вот лопнет. Но еще большая беда «Двух билетов домой» - неряшливый сценарий, в котором есть абсолютно ненужные, «левые», пустые эпизоды, есть недодуманные и недокрученные сюжетные линии, есть персонажи, вряд ли существующие в реальности - и нет никакой возможности сочувствовать героям.
* * *
Тему невменяемых девушек, их родителей и неудачных сценариев продолжает дебютный фильм Тимофея Жалнина «Двое». Тимофей со сцены благодарил продюсеров за то, что они не вмешивались в творческий процесс, предоставив ему абсолютную творческую свободу. При этом его фильм - идеальное доказательство того, что такие неприятные существа, как продюсеры, иногда все-таки бывают необходимы, именно для того, чтобы направлять полет молодых дарований, норовящих двигаться в три-четыре разные стороны одновременно.
Герои «Двоих» - молодые супруги, у которых никак не получается зачать ребенка. Она - дочка крупного предпринимателя, который собрался добывать полезные ископаемые в Западных Саянах, он - сибирский парень, сотрудник компании ее отца. Она мечтает добраться до какого-то полулегендарного радонового озера (есть теория, что радоновые ванны помогают при бесплодии). Муж против, отец против, но она же бешеная: отказавшись от услуг егерей с мотивировкой «Мой Андрей лучше всех знает эти места», отправляется с супругом в лес, где молится деревьям, разбивает спутниковый телефон, сбегает из палатки и доводит несчастного Андрея до попытки суицида, после чего выхаживает его на заброшенном зимовье, обретя с милым некое подобие рая в шалаше.
Наверное, это могла быть история об умирающей и возрожденной любви. Или про противостояние рационального мужчины и женщины, у которой в голове - эмоции и разрушительный хаос. Или история о возмездии (герой ведь не просто так женился на дочке начальника, и не просто так потом почувствовал себя несчастным в этом браке). Или история о злом властном отце, который разрушил жизнь дочери. Или (цитата из каталога) «тайга выступает метафорой жизни, в которой заблудились двое. Или, быть может, это тот заветный сад, куда вернулись изгнанные?»
Тимофей Жалнин снимает сразу про все - и его фильм довольно скоро начинает трещать по швам. Это не значит, что он плох - Жалнин уж точно не бездарен, его актеры Антон Момот и Татьяна Полосина хороши, а виды Саян умопомрачительны. Это значит, что сценарии перед запуском в производство желательно перечитывать, причем поручать это дело не вдохновенным авторам, а посторонним людям, высокопрофессиональным, грубым и жестким.
* * *
Одним из самых неоднозначных фильмов конкурса оказались «Временные трудности» Михаила Расходникова. Как раз история про очень жесткого человека, который радикально правит судьбу собственного сына. Действие начинается в конце 70-х, герой Ивана Охлобыстина - упертый рабочий со сталелитейного завода, у которого рождается ребенок с ДЦП. Отец не хочет, чтобы его сын рос инвалидом - и придумывает для него предельно стрессовую, мучительную программу реабилитации. Он должен передвигаться самостоятельно, без инвалидной коляски, на костылях, через не могу. Он должен выносить мусор - через не могу, а если не вынесет корзину, отец вывалит ее ему на кровать. Он должен ходить не в коррекционную школу, а в обычную, несмотря на издевательства одноклассников. И так далее, вплоть до момента, когда Охлобыстин бросает подросшего сына в тайге и приказывает ему ползти сто километров до дома (сам он, впрочем, идет рядом). Жестокая программа дает свои результаты - сын ненавидит отца, но вырастает в подвижного и невероятно успешного красавца Риналя Мухаметова, лучшего бизнес-консультанта России.
Мои молодые коллеги дружно и очень уверенно назвали этот фильм фашистским: якобы в нем проводится мысль, что инвалид - это ненормальный человек, в сущности, недочеловек, которого любыми способами нужно исправлять, плюя на его «самость». 25-летним критикам не объяснишь, что герой Охлобыстина на самом деле любит своего сына -просто очень трезво смотрит на мир, в котором ему предстоит жить. Это Советский Союз, детка. Страна, в которой инвалидов просто не существовало, потому что даже выезжать на коляске на улицу считалось чем-то неприличным. В котором люди с ДЦП были обречены на унылое, тоскливое, мучительное существование в четырех стенах. Если то, к чему стремится герой Охлобыстина - триумф воли, то это правильный триумф правильной воли: он не хочет, чтобы его ребенок, на которого махнули рукой и врачи, и знахарки, провел жизнь в тоске, зависти и ресентименте. Он хочет, чтобы его сын жил полноценной жизнью. У него варварские методы, но поэтому его и играет Охлобыстин с его патентованным легким безумием во взоре. И да - эти методы могут не сработать в большинстве реальных случаев, но в фильме они работают, и, по логике авторов, победителей не судят. (У режиссера в рукаве козырь - «Временные трудности» основаны на реальной истории бизнес-консультанта Аркадия Цукера, который сам про себя сказал: «Я понял, что если буду жить в горизонте инвалида, то никуда не двинусь. Потому что в горизонте инвалида у меня и так все хорошо: я дома, меня все любят, за мной ухаживают, у меня все есть. А в горизонте здорового человека я - никто, поскольку всем не до меня»).
Увы, все это не значит, что «Временные трудности» - хороший фильм. Но хороших вообще снимается не так много. И хочется верить, что лучшие из вошедших в программу «Кинотавра» еще ждут нас впереди.