Сила искусства и половых актов сквозь призму шумерского супрематизма
Если вы даже виртуально (под веществами или насухо) посетите малярно-художественную выставку Тани нашей Черновол (героиня Майдана, членкиня «Народного шухера» имени Арсения Яценюка), вы просветлеете и поймете: революция сознания европейской нации, о которой так долго писал научный журнал «Ярбух фюр психоаналитик унд психопатологик», свершилась!
Думаю, эти гениальные творения займут достойное место в анналах европейской школы искусств раннего и позднего, запущенного постмайданного палеолита. Рука одаренной на всю голову депутатки видна сразу. Тут главное помнить: если вы видите на картине то, что видели давеча ночью (будучи под кислотой) – это Сальвадор Дали или Таня Черновол. Ну, или — столичный градоначальник, генератор случайных слов Виталик в суровых завернутых носках, погруженный в бесконечный цикл деления на ноль. Но там другой угол зрения, доступный не только лишь всем.
Наша Таня не ходит проторенными дорогами — банальной передачей зрительных образов путем нанесения красок на полотна. Она открывает новые постмадернистские параллельные реальности, взбирается на супрематические высоты и уверенно смотрит в завтрашний день. Её душе нужен «приход», и она падает жертвой эстетических судорог, которые не испытать без творческого, патриотического маразма.
Вот, например – батальное, эпическое полотно с простым и незамысловатым, но глубоким как евро-членство названием «Двое и Майдан». Холст, масло, ослиный хвост, старые дрожжи, каннибас. Торжественные, суровые лица — не обезображенные даже намеком на мыслительную деятельность. Какая, с*ка, экспрессия, порожденная внутренней, лирической еб…..тью автора! Широкие, плавные мазки (штрихи – наверное, тоже) – чувствуется уверенная рука ударенного агентами Путина об автомобильную торпеду и раненного на «колчаковских» фронтах «патриота».
Да, это новое слово в деле борьбы за повышение надоев крупного рогатого скота и благосостояния трудящихся. Картина, яркая как Черный квадрат Малевича, как бы сама собой изобличает низменную сущность коррупционного, тоталитарного режима Януковича и несет мощный административно-воспитательный посыл подрастающему поколению. Этому творению выросшего над собой разума самое место в нашей «витрине реформ», где уже издыхает порядком потасканная анаконда Олега Пономаря.
На переднем плане – те самые «двое», отцы и вдохновители революции. Это олицетворение нашего «здобули» — бессмысленное и беспощадное. Тут, кстати, ощущается легкое, непринужденное подражание стилю Караваджо – это когда на картинах изображены мужики, похожие на пида… женщин с коровьими глазами. Так вот… Первый как бы спрашивает зрителя: «Третьим будешь?». А второй, как и положено сертифицированному проповеднику и брахмину «гідності» – отрешившись от мирских забот, уже зрит в светлое, европейское лоно. И он как бы обращается мысленно к Высшему Созданию: «Когда наши рыжие кудри уже примелькаются?»
Но взгляд зрителя не останавливается, а стремится вдаль и взад… в смысле – вглубь эпического полотна. Где как раз (по сюжету картины) закладывается начало того феерического конца, которым заканчивается любое начало подобных масштабов. И вновь чувствуется психоделическое мастерство художницы: массовка на заднем плане — это как бы множественный принт сюжета картины Жордана Смита (псевдоним – Павел Жердонович) «Восторг»: дикарь, машущий бананом. Но здесь другая, более сакральная и утонченная, близкая жителям Фастовов и Жмеринок символика – образы автомобильных шин. Образы! И они прорисованы нечетко – в неподражаемом стиле экспрессии Моне (который – Клод, через букву «о»). И это может привести воображение искушенного в тонких искусствах и артефаках Кличко зрителя к округлым элементам будущих трасс сверхскоростных гиперлупов на Марс, Венеру и даже Плутон. Вот она – связь времен, сила нетрадиционных половых актов и забористые компоненты красок! Босх (художник такой) просто нервно курит от зависти.
Кстати! Через призму творчества раннего Босха и поздней, изрядно б\у Черновол становится вполне мотивированным и понятным вечно мятый костюм нашего Гаранта. Да и замужество Ляшко уже не выглядит столь неопределенно.
Впрочем, продолжим.
Идеологически верные, расово правильные цвета — красные языки пламени, охватившего капище революции и черный штым… в смысле – дым, как бы отсылают нас к шумерским истокам «віковічної боротьби» с агрессией, развязанной Путиным: от начала времен на всей планете.
Но зритель не чувствует опасности. Наоборот! Мы буквально впитываем в себя мощный эгрегор нынешних и будущих «покращень», излучаемый суровыми лицами наших духовных Отцов, пребывающих в гармоничной позе… то есть – в позиции друг к другу. Или – композиции? Короче, не важно.
От хаоса, обволакивающего здания в правом верхнем углу – символ прежней власти, нас отделяет (как легендарный забор Арсения) это животворящее пламя революции. Кажется, что вся атмосфера картины пропитана словами декоммунизированного ныне Блока: «Революционный держите шаг! Неугомонный не дремлет враг!» Не знаю – почему, но это очень символично.
А какая энергетика у картины! Думаю, не худо бы присвоить этой картине статус «Икона третьего тысячелетия» и определить её в будущую автохтонную национальную церковь (чуть пониже иконы нашего Петра) – для проведения коллективных сеансов вывода из запоя, привития канонической веры в чудотворный безвиз и широкополосного ментального секса с электоратом.
Сильное полотно. Я впечатлен…
Все… Не могу больше… Пойду рыдать и петь хором. Су-у-у-у-р-р-р-р-о-о-о-вые г-о-о-о-о-ды ух-о-о-о-о-дят…