Кока или мак, какая разница? НАТО попробует применить колумбийский опыт в Афганистане
Афганец на маковом поле. Фото с сайта News.un.org
На фоне признаний США, что они не добились успехов в Афганистане с 2002 по 2017 годы, генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил, что блок намерен использовать опыт Колумбии для урегулирования афганского конфликта. До Столтенберга параллели между Афганистаном и Колумбией уже проводил американский генерал Джон Никлсон. Опыт колумбийцев, действительно, воодушевляет. Им удалось урегулировать конфликт между правительством и повстанцами, который продолжался фактически свыше 60 лет. На сегодня этот опыт считается уникальным. Чтобы он стал удачным, должны были сложиться вместе ряд важнейших факторов. Складываются ли подобные факторы в Афганистане?
Как это было в Колумбии?
Колумбийское правительство смогло урегулировать многолетний гражданский конфликт, отвергнув результаты всенародного референдума. В октябре 2016 года гражданам предложили выбрать: поддерживают они или нет подписанное в сентябре того же года мирное соглашение между государством и леворадикальной повстанческой группировкой «Революционные вооруженные силы Колумбии» (РВСК, еще она известна по своей испанской аббревиатуре FARC). С небольшим перевесом, всего в 60 тысяч голосов, победили сторонники отказа от мирного соглашения. Столь высокий показатель желающих продолжать войну обоснован тем, что за десятилетия боевых действий у колумбийцев накопились взаимные «кровавые счеты» друг к другу. Компанию против поддержки соглашения между правительством и повстанцами возглавлял бывший президент Колумбии Альваро Урибе, отец которого в 1983 году был убит РВСК.
Формально гражданскую войну между РВСК и правительством Колумбии отсчитывают от 1964 года. Хотя де-факто она стала продолжением гражданской войны, которая шла с 1948 года. Тогда началось вооруженное противостояние между либералами и консерваторами Колумбии. Либералы были популярны среди беднейших слоев населения, они находились в оппозиции, власть принадлежала Консервативной партии. После убийства одного из самых популярных либеральных политиков Хорхе Гайтана восстание произошло сначала в столице страны Боготе, затем в регионах стали появляться партизанские отряды, организованные либералами или их союзниками из Коммунистической партии Колумбии. В 1958 году противостояние вроде бы пошло на спад. Однако в 1964 году была образована РВСК, которая провозгласила своей целью вооруженную борьбу против «проамериканского капиталистического правительства», так как социально-экономические противоречия в обществе с 1958 года все-таки не были разрешены.
По данным Национального центра исторической памяти Колумбии, с 1958 по 2012 год в стране в ходе боевых действий между повстанцами и правительственными силами погибло 220 тысяч человек. Причем, более 177 тысяч из них являлись гражданскими лицами. Более пяти миллионов человек стали беженцами.
За время войны Колумбия стала лидером по выращиванию коки, из которой производится сильнодействующий наркотик кокаин. Повстанцы контролировали, преимущественно, сельские удаленные районы, где местные жители выращивали коку, а повстанцы с них взымали за это «налоги». Это РВСК признавала и сама. В 1980-х в Колумбии возникли наркокартели. Они занимались производством и распространением кокаина. Получалось, что напрямую РВКС не участвует в производстве и вывозе наркотиков (хотя правительство и выдвигало такие обвинения), оно лишь взымало «налоги» с сельских жителей, которые выживали, как могли – а проще всего было выживать, выращивая коку.
В 2012 году были достигнуты соглашения между правительством и повстанцами о начале мирных переговоров. В 2014 они договорились о совместной борьбе против наркокартелей. Переговоры между РВСК и представителями колумбийского правительства проходили на Кубе, которую повстанцы считали дружественной. Наконец, в конце сентября 2016 года было подписано мирное соглашение между президентом Колумбии Хуаном Мануэлем Сантосом и лидером партизан Родриго Лондоньо Эчеверри, известным больше по прозвищу «Тимошенко» (в честь советского маршала), и был запущен процесс интеграции РВСК в государственную систему.
Афганистан - это Колумбия?
Безусловно, оба конфликта сближает их длительность. За десятки лет у людей из противоборствующих лагерей накопились очень серьезные претензии друг к другу, много людей было убито. Даже среди нейтральных жителей Колумбии (и Афганистана) накопились такие претензии к каждой из сторон; им был нанесен урон.
Еще одним «сближающим фактором» является то, что антиправительственные силы финансируются в значительной мере за счет участия в наркобизнесе. В Афганистане, например, по словам председателя правительства страны Абдуллы Абдуллы, 60% финансирования антиправительственных группировок поступают от незаконного оборота наркотиков. В прошлом году был побит рекорд по количеству площадей, засеваемых опийным маком. В 2017 году 328 тысяч гектаров афганской земли были использованы под мак, и это на 46% больше предыдущего рекорда 2014 года. Хотя, конечно, надо признать, что оборот наркотиков в Афганистане набирает масштабы из-за коррумпированности местных властей. За взятки от тех же талибов они «закрывают глаза» на наркотрафик. Либо, наоборот, сами приплачивают талибам, чтобы безопасно заниматься незаконным бизнесом.
В Колумбии правительство долгое время поддерживало наркокартели, которые совершали нападения на бойцов РВСК. При этом коку для производства кокаина наркокартели, как уже было отмечено выше, получали, в том числе, с территорий, подконтрольных леворадикальным партизанам.
И в случае с Колумбией, и в случае с Афганистаном местные правительства поддерживает США. В Колумбии, потому что сначала они выступали против роста влияния коммунистов в Южной Америке, затем - в рамках борьбы с наркоторговлей. Кокаин из Колумбии в США является одной из серьезнейших причин роста преступности. В Афганистан США в 2001 году вошли, чтобы бороться против «международного терроризма». В плане пресечения терактов на своей территории у США сегодня дела идут куда лучше, чем борьба с наркокартелями.
В обеих странах между сторонами конфликта глубокий идеологический раскол. «Талибан» стремится к тому, чтобы построить в Афганистане теократическое государство, где будет главенствующей их версия ислама. Нынешнее правительство Афганистана, напротив, декларирует создание светского государства, хотя и с учетом исламского вероисповедания большей части населения, а также традиций проживающих на территории страны народов. Это, кстати, является одной из причин, почему талибы до сих пор не начали мирных переговоров с правительством.
В Колумбии коммунистическая РВСК всегда считала правительство в Боготе капиталистическим и только в смене капиталистического строя коммунизмом видела будущее своей страны.
Боевики РВСК. Фото с сайта Pri.org
Почему Афганистан – не Колумбия
И все-таки РВСК была глубоко светской. Например, подобно всемирно известным теперь женским отрядам курдов, которые воюют против так называемого «Исламского государства» (запрещенная террористическая организация «Исламское государство Ирака и Леванта», ИГИЛ, ИГ, ISIS или IS англ., Daesh араб., ДАИШ), у РВСК есть чисто женские боевые подразделения. Привлечение на госслужбу женщин из числа бывших партизан РВСК не вызовет гарантированного отторжения у работников проправительственных муниципальных органов. А как быть, например, афганкам, работающим сейчас в госорганах, когда их обяжут работать с бывшими талибами? Ведь талибы отрицают равенство мужчин и женщин. За время правления «Талибана» на большей части Афганистана в 1996-2001 годах общеизвестным стало жестокое отношение адептов движения к женщинам. Некоторые известные афганки даже вынуждены были покинуть свою страны из-за угроз со стороны талибов. Так, например, произошло с первой афганской женщиной-пилотом Нилуфар Рахмани. Она вынуждена была просить убежища в США из-за угроз талибов расправиться с ней и членами ее семьи. По мнению талибов, ее профессия «постыдна».
Американские военные на маковой плантации. Фото с сайта Marines.mil
Сам менталитет колумбийцев гораздо более «европейский» (или «западный», если угодно), чем у афганцев. То есть сами колумбийские эксперты, которых, вероятно, будет привлекать НАТО, не могут в полной мере понять тех, кого им нужно примирить. Их успешный опыт тесно связан с конкретными условиями и отделен от Афганистана тысячами километров и веками истории.
Вероятно, ключевая проблема еще и в том, что колумбийские партизаны пользовались поддержкой идеологически близких государств региона – Венесуэлы, Эквадора, Кубы и Боливии. Но после начала финансового кризиса 2008 года Венесуэла, богатейшая из этой четверки, сама стала нуждаться во внешней поддержке. Как результат - возможности РВСК сократились. Талибы имеют тесные связи с Ираном и Пакистаном. Любое обострение отношений США с этими странами ведет к обострению в Афганистане – в его западных, граничащих с Ираном провинциях либо восточных, граничащих с Пакистаном. И хотя Иран сейчас переживает не лучшие времена, он с 1979 года находится под санкциями и научился выживать в кризисных условиях. Для Венесуэлы потрясения, начавшиеся в 2008 году и продолжающиеся до сих пор стали новым серьезным испытанием. И вот нынешнее обострение в отношениях между Ираном и США, спровоцированное политикой американского президента Дональда Трампа, отнюдь не способствует стабилизации в Афганистане.
Актуализация темы применить колумбийский опыт в Афганистане лишь доказывает, что в НАТО и в США действительно толком не понимают, что же делать для урегулирования ситуации в Афганистане, положение там год от года ухудшается. Говорить о каких-то конкретных победах не приходится (убивают одного полевого командира «Талибана» - на его месте появляется другой). Приходится изображать, что идет поиск правильного пути - пути к мирным переговорам. Поэтому понадобилась Колумбия. Но в актуальности ее опыта на афганской земле очень сомневаются сами афганцы – что уже отметили местные медиа.
Александр Рыбин