Терпение Ирана подходит к концу. Страна, находящаяся под американскими санкциями, которые косвенно бьют и по другим внешним игрокам, терпит огромный экономический ущерб. Заморожены целые проекты в нефтегазовой отрасли, в области инфраструктуры, телекоммуникаций и автомобилестроения. Верховный лидер Исламской Республики Иран (ИРИ) Али Хаменеи пригрозил возобновить разработку ядерного оружия, если соглашение «6+1» сорвётся из-за выхода из него Соединённых Штатов. По условиям договора о Совместном всеобъемлющем плане действий (СВПД), подписанного в 2015 году США, Россией, Китаем, Британией, Францией, Германией и Ираном, Тегеран отказывается от разработки ядерного оружия, а международное сообщество поэтапно снимает с него санкции. С тех пор Иран передал свои ядерные объекты под контроль МАГАТЭ, согласно отчётам которой иранцы соблюдают условия сделки. Хаменеи не понимает, как ИРИ может одновременно «находиться под санкциями, отказываться от ядерной программы и при этом придерживаться ограничений», наложенных СВПД. Аятолла уже отдал приказ Организации по атомной энергии Ирана (ОАЭИ) предпринять безотлагательные меры для возобновления процесса обогащения урана до 190 тысяч ЕРР (единица работы по разделению изотопов — один из показателей мощности центрифуг — прим. ред.). Хотя остальные стороны СВПД заявили о приверженности ядерной сделке, решение американского президента Дональда Трампа выйти из неё поставило под риск многомиллиардные инвестиции корпораций из Европейского союза. Вашингтон пригрозил санкционировать не только американские, но и любые другие компании, инвестирующие в Иран и покупающие иранскую нефть. Под страхом американских штрафов французский нефтегигант Total S.A. уже заморозил участие в газовом месторождении «Южный Парс 11». О выходе из двух венчурных проектов по продаже автомобилей сегодня заявила и другая французская ТНК — PSA Peugeot Citro?n. Под риском находятся инвестиции Daimler, ENI, BASF, Siemens и Airbus. Духовный лидер Ирана беспокоится, что, несмотря на приверженность договору со стороны России, Китая и трёх стран ЕС, Иран не сможет получить обещанные ему экономические выгоды. Ранее Хаменеи выдвинул условие странам Европейского союза, которые должны компенсировать материальный ущерб, наносимый выходом США из СВПД. Наши враги никогда не смогут остановить наш ядерный прогресс... Это наш кошмар и он никогда не случится», — сказал Хаменеи в телеобращении. Обещанные Трампом «мощнейшие санкции» ожидаются в два этапа — в августе и ноябре. Администрация в Белом доме выдвинула ряд условий, чтобы заключить новую ядерную сделку. Во-первых, Иран должен прекратить разработку баллистических ракет. Во-вторых, как заявил в прошлом месяце госсекретарь Майк Помпео, Тегерану нужно перестать поддерживать шиитские группы в Ираке, Йемене, Сирии, а также талибов в Афганистане. И в-третьих, Иран должен прекратить обогащение урана. Для США сейчас крайне важно перетянуть на свою сторону европейцев, которые пока не откликаются на подобные призывы. Ведь в Иране они могут потерять миллиарды евро. Министр нефти Ирана Бижан Зангане дал Total 60 дней на то, чтобы определиться, иначе «Южный Парс» отдадут китайцам. Пока Трамп говорит с Европой языком ультиматумов и угроз и даже ввёл тарифы на импорт стали и алюминия из ЕС, в Старый Свет с особой дипломатической миссией отправился премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху. Израиль, по большому счёту, и есть главный виновник антииранской истерии, захлестнувшей мировую политику. На переговорах с канцлером Германии Ангелой Меркель Нетаньяху удалось заручиться поддержкой Берлина по некоторым вопросам. «Иранское региональное присутствие вызывает беспокойство», — заявила Меркель, потребовавшая от Тегерана полностью уйти из Сирии. Израильский премьер предупредил её, что Иран в Сирии имеет в распоряжении милицию в 18 тысяч человек и намерен довести её число до 80 тысяч. Немецкий канцлер также осудила антиизраильские твиты правительства Ирана. Ранее Али Хаменеи назвал Израиль «раковой опухолью» Ближнего Востока, которую следует «удалить и искоренить». Однако по главному вопросу — ядерной сделке — каждый остался при своём мнении. Меркель по-прежнему считает СВПД лучшим путём для удерживания Ирана от разработки ядерного оружия. Если не произойдёт никаких перемен, то уже в августе Иран ожидает первый пакет санкций, а затем и второй — в ноябре. Экономическая ситуация в ИРИ не самая благоприятная, о чём свидетельствуют выступления дальнобойщиков, фермеров и учителей в середине мая. Растут цены на бензин и продовольствие, а также налоги на предпринимателей и потребителей. Иранский риал обесценился на 25% в первые недели после решения Трампа от 8 мая. На волне ухудшающейся финансовой ситуации растёт критика правительства, согласившегося на нормализацию отношений с Западом в 2015 году. На этом фоне голоса критиков СВПД из числа консервативных клерикалов будут слышны громче. Разочарованные нерешительностью ЕС и других сторон спасти ядерную сделку иранцы могут в одностороннем порядке разорвать соглашение. Или же совершать шаги, делающие СВПД ничтожной. Приказ Хаменеи об обогащении урана — первый сигнал тревоги. Подобные провокационные действия ИРИ могут стать основанием для Европы прогнуться под Вашингтон, на что Иран будет отвечать в стиле Ким Чен Ына — новыми испытаниями баллистических ракет и разработкой ядерного оружия, игнорируя всё и вся. Заморозка разработок иранских нефтегазовых месторождений и других проектов, возможное возобновление нефтяного эмбарго ЕС вкупе с эскалацией между Ираном и Израилем будут подстёгивать цены на нефть. Вот почему прогнозируемый Bank of America и Total скачок от текущих 75 до 100 долларов за баррель не кажется чем-то из ряда вон выходящим. Нефтяным монархиям Персидского залива, производителям дорогого американского СПГ и, конечно же, России есть чему радоваться.
