В Санкт-Петербурге обсудили противодействие злоупотреблениям в банкротстве

Причины возникновения злоупотреблений в банкротстве и способы противодействия им обсудили эксперты на VIII Петербургском Международном Юридическом Форуме в пятницу. Беседа состоялась в рамках II Международного форума по банкротству, который проходил на площадке ПМЮФ, сообщили в его пресс-службе.

Дискуссия проводилась под председательством ФНС России: модерировал ее заместитель руководителя ФНС РФ Константин Чекмышев. В обсуждении участвовали начальник договорно-правового департамента, генерал-лейтенант внутренней службы МВД России Александр Авдейко, управляющий директор, начальник управления принудительного взыскания и банкротства департамента по работе с проблемными активами ПАО «Сбербанк» Евгений Акимов, кандидат юридических наук, доцент кафедры предпринимательского и корпоративного права Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина Рустем Мифтахутдинов, судья, председатель судебного состава Верховного суда Российской Федерации Иван Разумов, а также партнер Gateley Plc Ричард Хили.
Рустем Мифтахутдинов в своей речи обратил внимание на концептуальные проблемы законодательства о банкротстве. «Мы сегодня больше говорим о том, как надо должника наказать, как мы можем сделать так, чтобы ему было страшно, чтобы он боялся, чтобы он не входил в процедуру банкротства. Пока наш правопорядок идет по пути борьбы именно методом кнута. С 2009 года у нас появляется субсидиарная ответственность, появляется институт оспаривания сделок в подробном виде, и дальше все это совершенствуется. <…> Концептуально есть несколько важных вех, триггеров, которые стимулируют должника к злоупотреблению, и это, в частности, не очень эффективные реабилитационные процедуры и отсутствие у должника форм легальной защиты от монопольной власти кредитора», – сказал эксперт.
Он указал и на другую проблему – абсолютную силу судебного акта. «Вторая проблема – и это советское наследие – абсолютная сила судебного акта. То есть концепция, которая была изобретена советскими процессами в сороковые годы, и заключалась в том, что судебный акт должен быть раз и навсегда обязательным для всех, и вообще процесс должен проводиться при выяснении объективной истины», – пояснил Рустем Мифтахутдинов.
Евгений Акимов рассказал, почему важным критерием для банкротства является время, и недобросовестные должники могут затягивать процесс. «Мы знаем, что банкротство ведет к тому, что люди лишаются работы, инвестиционный климат нарушается. Насколько долго сейчас идет процедура банкротства? Должно быть – 21 месяц. По факту в среднем это занимает 27 месяцев. <…> Для затягивания процесса  в ход идут различные меры – от ложного заминирования здания до вызова скорой помощи <…> Естественно, это делается для того, чтобы предприниматель в процедуре находился дольше и поработал в процедуре, получая какую-то выгоду. Ни для кого не секрет, что банкротство дает дополнительные преимущества при ведении бизнеса», – пояснил начальник управления принудительного взыскания и банкротства департамента по работе с проблемными активами ПАО «Сбербанк». Дополнительные преимущества, по его словам, заключаются, в частности, в освобождении от налогов.
По мнению Ивана Разумова, нужно учитывать не только негативные, но и позитивные эффекты закона о банкротстве. «Мы видим в суде – Верховном и нижестоящих – что, конечно, участие в финансировании компании через займы ведет к огромному количеству злоупотреблений. <…> Судьи и практикующие юристы, когда приходит дело о банкротстве, сталкиваются с негативной ситуацией недобросовестности, которую мы разбираем. Но мы зачастую не видим тех положительных эффектов, которые бывают от такого финансирования через займы, потому что бизнес нормально развивается, потому что в суды никто не приходит, споров нет. Необходимость взвешивать эти два обстоятельства очевидна», – сказал председатель судебного состава Верховного суда Российской Федерации.
По словам Ричарда Хили, в Великобритании ситуация со злоупотреблением законом о банкротстве за последние 20 лет стала значительно лучше. «Только авторизованные специалисты могут стать конкурсными управляющими. <…> У нас две категории управляющих. Это либо квалифицированные бухгалтеры (обычно это партнеры или бухгалтерские организации) или юристы. <…> Они всегда являются членами профессиональных сообществ, поэтому, если что-то пойдет не так, на них могут быть наложены санкции. Если они ведут себя не в интересах кредиторов, вводятся санкции. Здесь нужно говорить не об уголовном преследовании, а о гражданской ответственности. Или же следующий управляющий преследует предыдущего», – пояснил партнер Gateley Plc.
В завершение дискуссии модератор Константин Чекмышев поблагодарил спикеров за участие и отметил, что их выступления были очень ценными. Он также выразил надежду на то, что законодатели прислушаются к советам, которые услышали от практиков в рамках этой беседы.