Сераскир Хаджи-Хасан-паша Чечен-оглы

Сераскир Хаджи-Хасан-паша Чечен-оглы - комендант и правитель города Анапы (с 1826 по 1827 год), поданный Турции и трехбунчужный паша (высший генеральский чин в Турции), чеченец по происхождению.Хаджи –Хасан – паши Чечен-оглы родился в 1766. У тюрков термин «Оглы» обозначает « сын». Следовательно, «Чечен-оглы» дословно можно перевести как «сын чеченца». Действительно, правитель Анапы Хаджи - Хасан - паша Чечен-оглы по происхождению был именно чеченцем. Судьба Хаджи - Хасана еще во многом остается загадкой, как и то как и каким образом он очутился в далекой Турции и сумел достичь в турецком обществе столь высокого ранга. Но факт остается фактом. Ответ эти на многие другие вопросы возможно дали бы турецкие архивы, но этот вопрос до сего времени пока остается малоизученным. На данный же момент лишь воспоминания современников о его кратковременном пребывании в крепости Анапа приоткрывают завесу тайны над личностью одного из первых генералов из чеченцев. В 1825 год правительство царской России готовится к захвату Черкесии. Все более жестокими становятся военные экспедиции в глубь Закубанья. Разрозненность племен, отсутствие у черкесов организованного начала, искусно используемое царским военным командованием, заставляет вождей адыгов искать сильных союзников. В этом же 1825 году в Стамбул отправляется делегация черкесских князей и старшин, уполномоченных передать просьбу от всех закубанских племен о том, чтобы турецкое правительство обратило внимание на черкесские дела. Приезд черкесской делегации пришелся на период политического пробуждения Османской империи, обязанного решительным прогрессивным реформам султана Махмуда II. В мае 1826 года из Анапы отплыла и делегация от чеченцев и дагестанцев, направлявшаяся в Турцию и Иран. В составе делегации и к тому времени уже командующий чеченскими войсками Бейбулат Таймиев, побывавший до этого у закубанских черкесов. Эта делегация также просит о помощи. Османское правительство. Диван - не оставил ходатайство кавказских посланцев без внимания и уже в июле 1826 года из Трапезунда в Анапу прибывают и турецкие военные корабли с ополчением, набранным в Анатолии. На место старого коменданта Анапы, корыстолюбивого и неспособного Сеид-Ахмета, назначается новый паша. Вместе с новым комендантом в Анапу прибывает и важный сaновник - трехбунчужный паша (высший генеральский чин в Турции) Хаджи-Хасан-паша Трапезундский. Это и есть Хаджи-Хасан-паша Чечен-Оглы. Спустя некоторое время он и становится комендантом и правителем Анапы. Вскоре слава о замечательном правителе Хаджи-Хасане-паше Терпизан разлетелась по всему Закубанью. Все черкесы, знавшие сераскира лично и по слухам, с восторгом говорили о его достоинствах. Но более всего черкесам и ногайцам импонировало то, что важный турецкий сановник был выходцем с Кавказских гор, о чем говорило и его имя Чечен-оглы (сын чеченца). В Закубанской Черкесии еще хорошо помнили произносимое со священным благоговением имя его великого соплеменника Шейх-Мансура. Ореол святого имама Мансура, тоже тесно связанного с крепостью Анапа (именно в Анапе раненный и в бессознательном состоянии был взят в плен шейх Мансур), придавал еще больше обаяния личности и поступкам Хасана Чечен-оглы. Очевидно, что и османское правительство при назначении Хаджи-Хасана надеялось, что кавказский уроженец сумеет наладить более тесный контакт с представителями местных народов. О том, что новый комендант крепости Хаджи-Хасан - чеченец по происхождению, сразу же стало известно и русскому военному командованию. Это в своем рапорте от 25 июля 1826 года сообщил атаман Черноморского казачьего войска Власов. Военное командование царской России очень обеспокоило это назначение, ибо оно опасалось любой возможности объединения кавказских народов. Сам Хаджи-Хасан-паша был уже стар, но бремя шестидесяти лет, по-видимому, его не тяготило; живой, ловкий и проворный, он казался неутомимым, что до крайности удивляло черкесов, привыкших видеть турецких сановников всегда погруженными в лень и беспечность. Он был небольшого роста и крепкого сложения, обходился с черкесами чрезвычайно ласково, но умел в то же время внушать им к себе такое почтение, какого никогда не вызывали его предшественники. Уже 5 сентября 1826 года, вскоре после прибытия Хаджи-Хасана, близ Анапы состоялся "большой съезд" князей, дворян и старшин всех черкесских народов. Хаджи-Хасан обещал участникам съезда, что он в ходе своего правления ни в коей мере не ущемит независимость черкесов (адыгов). И свое слово сдержал.Чечен-оглы показал себя умелым и мудрым администратором и хорошим кунаком народов Кавказа. С одинаковой строгостью он относился и к адыгам, и к своим подчиненным, независимо от их положения. Турки - чиновники, солдаты, купцы - и вообще все жители Анапы боялись его как самого строгого сановника, который требовал от них безусловной покорности и за малейшее ослушание жестоко наказывал. В то же время Хасан-паша старался узнавать малейшие подробности о крае, для управления которым был прислан. В короткий срок он изучил адыгейский язык. Он расспрашивал о местных обычаях, о древних песнях и преданиях, которые, по его словам, должны были иметь сильное влияние на дух воинственного народа, лишенного писаной истории. По всей вероятности, память о чеченском происхождении внушала ему это любопытство, которого он не скрывал. По крайней мере, однажды он заявил, что на его доброжелательное отношение к черкесам турки будут смотреть не без подозрений. Хаджи-Хасан никогда не отказывал в помощи и простым горцам. Так, однажды черкесы, родственники которых после плена попали в руки армянского купца Авганова, обратились к Хаджи-Хасану с просьбой запретить ему их продажу в Анапе туркам. Хаджи-Хасан без предварительных условий немедленно освободил пленников и безвозмездно вернул их на родину. Сераскир не препятствовал горцам и торговать с русскими. С уважением относилось к нему и российское военное командование. «Высокопоставленный и высокопочтенный трапезонтский, потийский и анапский Чечен Гаджи Гасан-паша!» - обращался к нему в письме от 15 июня 1827 года командующий Черноморской кордонной линией генерал Сысоев. Имя Хаджи-Хасана запечатлено и в народном фольклоре адыгов. В 60-х годах XIX века адыгейский просветитель Крым-Гирей услышал в исполнении ашуга песню о народном герое Шрухуко Тугуазе. В этой песне говорится, что "Гасан-паша, великий начальник Анапы, усыновляет Шрухуко Тугуза и представляет его народу как сына. Седр-азам, племянник Гасан-паши, льстясь мыслью увидеть героя, шлет ему приглашение. Шрухуко Тугуз склоняется на просьбу Седр-азама и отправляется на корабле в Стамбул. Кратковременным было пребывание Хаджи-Хасана в Анапе, но за столь короткое время он осуществил в этом крае множество преобразований, которые были не под силу его предшественникам, и именно этим заслужил огромную любовь местных жителей. Именно поэтому горцы часто называли его старшим братом и кунаком. Историческая память и некоторые архивы сохранили данные, которые подтверждают, что Хаджи-Хасан не только гордился своим происхождением, о чем свидетельствует и его почетное прозвище - Чечен-оглы, но и оказывал помощь своему народу. Не ограничиваясь утверждением своего влияния на Северо-Западном Кавказе, Хаджи-Хасан активно интересовался и положением своей родины - Чечни. Известно, что во время пребывания в Анапе «грозы Кавказа» - командующего чеченской армией Бейбулата Таймиева, возвращавшегося из Ирана и Турции в Чечню в июле 1826 года и позже весной 1827 года, Хасан-паша имел продолжительные встречи со своим соплеменником, которого после ряда теплых напутствий с подарками проводил в долгий путь на родину. В это время на родине - в Чечне - орудовал небезызвестный генерал Ермолов. Ответом на его зверства и было восстание под руководством Бейбулата Таймиева.В конце 1827 года Хаджи-Хасан возвращается в турецкий Трапезунд. Но на этом его взаимоотношения с горцами не прекращаются... В ходе русско-турецкой войны 1828-1829 годов, приведшей к поражению Османской империи, по Андрианопольскому мирному договору к России отошло все Кавказское побережье Черного моря, от устья реки Кубань до северной границы Аджарии. Анапа стала российской крепостью. Вскоре после окончания русско-турецкой войны, в 1829 году, в Турцию отправилась черкесская делегация, и остановилась она в Трапезунде не где-то, а у своего кунака - Хаджи-Хасана. Хаджи-Хасан принял гостей радушно, а затем отправил с рекомендательными письмами в столицу Турции - Стамбул. На обратном пути он снова тепло принял черкесов и высказал им свое искреннее сожаление, что не может более содействовать пользе их страны. Расставаясь с друзьями, сераскир, зная обычаи его родины, сделал гостям ценные подарки. Известный адыгский просветитель Хан-Гирей в конце 19 века писал о Xaджи-Хасане: «... знаменитый в сношениях Турции с этой страной Хаджи-Хасан-паша, человек, судя по последствиям кратковременных его здесь действий, государственный, с большими способностями ума, каких не показывал до тех пор ни один иноземный сановник в этой части кавказского края». «Старики-натухайцы до сих пор вспоминают имя Гасан-Паши с уважением», - писал царский военный историк Н. Дубровин. В Адыгее, где он оставил добрый след своей деятельности, и сегодня чтят память турецкого генерала и чеченца по происхождению Хаджи - Хасана - паши Чечен-оглы.Умер в 1829 году