Писатель Ерофеев — швейцарскому читателю: «Тяжело быть русским»
В своей статье для швейцарского издания Le Temps российский писатель Виктор Ерофеев признаётся, что «русским быть тяжело». По его словам, за последние 20 лет отношения граждан с государством «значительным образом изменились». После распада СССР россияне смотрели на государство как на «непредсказуемое существо», в нулевых годах у народа появились надежды, а теперь, как утверждает Ерофеев, люди учатся жить самостоятельно, «выживать без веры в будущие планы государства».
РИА Новости
«Президентские выборы в России закончились, так и не начавшись. По образованию я филолог, и для меня слова что-то да значат. Выборы подразумевают под собой выбор. Вместо выборов был политический цирк, в котором в качестве марионеток приняли участие политические артисты, представляющие различные виды отсутствующих взглядов. Роль кукловода сыграл Кремль. Директор цирка в конечном счёте победил», — пишет российский писатель Виктор Ерофеев.
В своей статье для швейцарского издания Le Temps писатель признаётся, что «русским быть тяжело». По его словам, русские живут «одновременно в двух мирах» — мире частной жизни и мире жизни публичной. Эти два мира иногда переплетаются, а иногда существуют параллельно. Однако часто они мешают друг другу и «ломают» нас.
За последние 20 лет, как утверждает Ерофеев, «наши отношения с государством значительным образом изменились». Государство во время перестройки обещало служить своим гражданам. Это отразилось в Конституции и основных заявлениях администрации. Но в конечном итоге из этого «вышел хаос». «Не потому, что сама идея была плохая, а потому, что они её испортили, деформировали, неправильно и с нежеланием применяли её на практике», — отмечает Ерофеев.
20 лет назад россияне смотрели на государство как на «непредсказуемое существо». Никто не знал, что из него может выйти, но ничего хорошего не ждали. «Тогда мы погрязли в трудностях частной жизни: жить было до боли тяжело, и вера в перемены потихоньку поизносилась, пока не исчезла совсем», — считает писатель.
С приходом нового тысячелетия и под управлением ещё совсем молодого Путина «государство начало выступать в качестве главной силы страны». В результате произошло внезапное возникновение «государства в государстве». «На самом деле в этом не было ничего нового: именно так действовало российское государство на протяжении всей своей истории. Оно не служит людям. Люди служат ему. Эта служба сопровождалась сильным страхом, ужасом или паникой. Государство заставило людей подчиняться. Другого выхода не было», — утверждает Виктор Ерофеев.
Нулевые годы дали государству «возможность понравиться» своему народу. Появилось много денег от продажи нефти, и что-то от них перепадало служащим государству. По словам российского писателя, этих денег могло быть «намного больше», но их было достаточно для того, чтобы люди смотрели на государство с некоторой долей надежды. Не все разделяли эту надежду, но в другой жизни — частной — что-то начало налаживаться. «Люди открывались скромным радостям потребления и старались жить лучше», — пишет Ерофеев.
«В то время государство украдкой предложило людям договор: живите для себя, но в дела государства не вмешивайтесь. А мы будем управлять согласно нашим интересам! Власть год за годом начала сосредотачиваться в руках силовиков, которые отрицают универсальные ценности, но верны своей клятве. Демократию покрыли самостоятельностью государства», — отмечает писатель.
В нашем современном мире государство, которое требует от граждан, чтобы они ему служили, вступает в противоречие с правами человека и принципами свободного рынка. «Почему российское государство навязывает мне свою любовь к культу силы, который часто перетекает в насилие? Если я могу обеспечить себе сносную жизнь, мне не нужно пресмыкаться перед государством», — считает Ерофеев. Однако такое проевропейское утверждение среднего класса «не нравится нашему государству». Вместо того чтобы совершенствовать структуры, управляемые Путиным, они предложили мобилизацию, объединение в бригады, как в военном лагере.
Главный союзник Кремля, по мнению Ерофеева, — это «человеческая глупость». «Она подпитывает наш авторитаризм, а также некоторые пропутинские круги на Западе», — рассказывает писатель.
Поэтому капитализм в России удалось установить не до конца. Однако и в социализм страна не вернулась. Ни того, ни другого не произошло. Многие хотели бы уехать на Запад и в то же время вернуться в СССР. По словам писателя, это «обманчивая ностальгия», потому что СССР со всеми его «забористыми утопиями» мёртв навсегда.
И тогда государство решило подарить людям перспективу новой — если не утопичной — страны: «встать с колен и почувствовать себя всемогущими». В качестве нравственных основ было предложено радикальным образом отказаться от ценностей развитого Запада в пользу ценностей настоящих — местных. Спустя несколько лет государству не удалось этого сделать. «Цены увеличиваются, рост экономики замедляется, социальный лифт сломан, частная жизнь стала ужасно тяжёлой. Люди в нашей стране сбрасывают кожу», — считает Ерофеев.
Под этой метафорой российский писатель имеет в виду, что люди учатся жить самостоятельно, «выживать без веры в будущие планы государства». Государство бросило вызов развитым западным странам. Тем не менее, отрицая ценности Запада, трудно объяснить, почему оказывается так, что качество жизни там выше. «У Запада есть проблемы, связанные с мигрантами. В наших регионах мы сталкиваемся с трудностями во взаимопонимании между различными культурами и образом жизни — мы были и остаёмся многонациональной страной», — отмечает писатель.
«Люди в нашей стране сбрасывают кожу, становятся безразличными, доверяют тому, что происходит в России. Они всё ещё считают Путина наименьшим злом», — пишет Ерофеев. Но в социальном плане они становятся современными и «не хотят, чтобы их новая кожа грубела». Их заботят этические проблемы, они интересуются дискуссиями между властью и интеллигенцией. «Дайте нам настоящие надежды на перемены в отношениях между народом и государством, просят они. Не заставляйте нас догадываться. И они правы. Послушает ли их наш директор цирка? В конце концов, от конфронтации с Европой мы многого не получим», — утверждает российский писатель Виктор Ерофеев в своей статье для Le Temps.