Туалетная бумага названа драйвером российской экономики: доклад Росстата удивил
В феврале 2018 года, как только что отчитался Росстат, рост промышленного производства в России составил 1,5% по сравнению с соответствующим периодом 2017-го. Напомню, что в январе данный показатель равнялся 2,9%, и тот результат был на удивление хорошим. Теперь же темпы роста снизились практически вдвое. И это как-то совсем не соответствует установкам властей на ускорение темпов экономического развития. В последние месяцы 2017 года промышленность и вовсе падала: на 3,6% в ноябре и на 1,5% в декабре в годовом выражении. Поэтому январский показатель был воспринят властями с большим воодушевлением. Так, министр промышленности и торговли РФ Денис Мантуров, впечатленный, по-видимому, такими цифрами, поспешил заявить в одном из своих интервью, что «краткосрочный негативный тренд, который мы наблюдали в конце 2017 года, переломлен». Ну и как же он переломлен, если, как было сказано выше, темпы роста промышленности так резко снизились в феврале? Честно говоря, столь высокий результат промышленности в январе 2018 года выглядел несколько удивительным, потому что объективных предпосылок для него не было. Недаром ни один из прогнозов по январю не предусматривал, что промышленность так хорошо начнет 2018 год. Что же, рост так рост, тогда давайте посмотрим, как увеличился выпуск отдельных важнейших видов продукции. Определить изменения в их перечне труда не составляло. Первое, что бросилось в глаза, так это включение в перечень важнейших видов продукции «бумаги туалетной из бумажной массы, бумаги, целлюлозной ваты и целлюлозных волокон и полотна из целлюлозных волокон». Такого не было никогда, и тут вдруг туалетная бумага оказалась важнейшим видом продукции. Что случилось? Все ли нормально у россиян? Ничего ли не расстроилось в наших организмах? Знаете, сколько у нас было произведено рулонов туалетной бумаги в январе 2018 года? 413 млн штук, то есть по три рулона на каждого жителя страны. Может, это и не очень много, но впечатляет динамика: туалетной бумаги было произведено аж на 26,3% больше по сравнению с январем 2017 года. И здесь возникали нехорошие подозрения: может, за счет изменения перечня важнейших видов продукции, которые входят в «корзину» товаров-представителей, по которым считаются индексы производства, Росстат пытался улучшить общие показатели? Тем интереснее было посмотреть, что там у нас с производством туалетной бумаги в феврале, уж коли в январе 2018 года ее впервые включили в перечень важнейших видов продукции. А нет ее в февральской статистике, сколько ее ни пересматривай… Кстати, в данные по январю–февралю 2018 года Росстат также впервые включил «самолеты гражданские»: их было выпущено три штуки. И также возможен вопрос: почему раньше самолеты не включались? Кратковременно все полетели? Нет, никто не хочет сказать, что только за счет новых быстрорастущих видов продукции и был обеспечен удивительный рост промпроизводства, особенно в январе 2018 года. К примеру, легковых автомобилей было выпущено на 31,7% больше по сравнению с январем 2017 года, а в феврале 2018 года — на 23,7% больше по сравнению с февралем 2017 года. Однако вопрос по поводу обоснованности изменения перечня важнейших видов продукции остается. Кстати, в январе 2018 года кроме туалетной бумаги по сравнению с декабрем 2017 года появился еще целый ряд новых видов продукции: «напитки сокосодержащие фруктовые (или) овощные» (прирост на 25,6% в годовом выражении), «овощи (кроме картофеля) и грибы консервированные» (+35,7%), «котлы водогрейные» (+71,5%), «белье постельное» (+3,1%) и пр. Возникает и такой вопрос: почему в декабре, когда все готовятся к Новому году, важные для праздничного стола товары — «напитки сокосодержащие» и «овощи консервированные» — отсутствовали в перечне важнейших видов продукции, а в январе они вдруг там появились? Одновременно интересно посмотреть и на то, какая продукция оказалась исключенной Росстатом из перечня важнейших ее видов в январе по сравнению с декабрем 2017 года. Здесь тоже есть на что обратить внимание: к примеру, выкинутыми оказались «вагоны пассажирские железнодорожные», «камеры холодильные сборные», «никель необработанный». А никель-то за что выкинули? И это в стране, доля которой в мировом производстве никеля около 10%? Ну да, туалетная бумага в начале года, очевидно, была важнее вагонов, холодильных камер и никеля... Кстати, в статистике по февралю «вагоны пассажирские железнодорожные» вновь появились: в целом за январь–февраль их было выпущено 185 штук, а февральский показатель на 58,6% лучше соответствующего показателя 2017 года. Перечень важнейших видов продукции, безусловно, теснейшим образом коррелирует с «корзиной» товаров-представителей, по которой, собственно говоря, и проводятся расчеты. И от того, какие виды продукции туда включаются, зависит точность расчета данных по динамике производства. Да об этом Росстат и сам пишет в своей официальной статистической Методологии исчисления индекса промышленного производства: «качество индексов производства зависит от выбора «корзины» товаров-представителей». Также чрезвычайно важно и то, что «для преемственности расчетов во времени в основу формирования перечня товаров-представителей положен принцип максимально возможного сохранения на длительный период постоянной (обязательной) «корзины» товаров». Что же, принцип понятный и само собой разумеющийся — если, конечно, мы хотим получить корректные расчеты. Однако посмотрите, как, по сведениям Росстата, менялась в количественном выражении «корзина» товаров-представителей в последние годы: 2015 год — 1891 товар, 2016 год — 1343 товара, 2017 год — 1176 товаров. Это и есть «максимально возможное сохранение на длительный период постоянной (обязательной) «корзины» товаров»? Количественно «корзина» уменьшилась на 37,8% — интересное такое постоянство получается. И какое может быть доверие к цифрам Росстата после этого? Доверия нет, а новые вопросы появляются. Помню, года полтора назад я обратил внимание на то, как Росстат легко и непринужденно заменил товарную группу «сыры и продукты сырные» на просто «сыры». Происходило это на фоне обостренного внимания общественности к вопросу о том, что высокий рост производства сырных продуктов (не сыров!), фиксируемый после введения российских антисанкций, обеспечивался мощнейшим импортом пальмового масла. По-видимому, в правительственных кругах решили: если выкинем сырные продукты из перечня важнейших видов продукции, то проблема пальмового масла, которое используется именно в производстве таких продуктов, исчезнет. Так и сделали. Сделать-то сделали, но тем самым продемонстрировали, как можно, оказывается, обращаться со статинформацией. Теперь вот новые вопросы появляются. Нет, не хочется верить (и пока будем гнать прочь подобные мысли), что Росстат начинает все больше грешить, не выполняя собственные же методические правила. Но не думать так становится все труднее. Что же касается темпов текущего роста промышленного производства — на 1,5% в феврале 2018 года — то очевидно: это никоим образом не соответствует целевым установкам властей. Экономического рывка никак не получается. И Росстат с его методологическими уловками здесь не поможет. Так что лучше уж оставить статистиков в покое: пусть делают свою работу как умеют. Другое дело, что власти должны делать свою, чтобы все прекрасные слова о том, что «экономика набирает обороты», не оставались пустым звуком.