Глупая смерть (читать изволите)

Было это в незапамятные времена, когда Смерть была благородна и снисходительна, словно лорд. Она не хватала несчастных смертных, где придется, не обрывала их на полуслове и не тащила в свой мешок их трепещущие души, словно мельник слепых щенков своей собаки перед тем, как утопить несчастных в реке. Да, это были времена благородные, достойными уважения были те времена. Теперь уж нет ни таких людей, ни такой смерти, что была прежде. Измельчало все в нашем мире. Кто теперь в чести? Воры и обманщики. А где они, благородные, честные миряне, созданные по образу и подобию божьему? На плахе да в темницах. Нет, те счастливые времена уже не вернуть…
Жил в те времена один король. Имя его уже давно забыто, да и вспомни мы его, ничего нам это высокородное имя не даст. Был король, как и все короли, жаден да ленив. А еще боялся он смерти и с ужасом ждал, когда же костлявая явится за ним. Смерть, как я уже говорил, тогда была благородной дамой и не выскакивала на людей, словно бандит из-за угла, а чинно появлялась перед своей жертвой, давала горемычному вдоволь выплакаться, помолиться и попрощаться со своими родичами.
Так было и с трусливым королем. Явилась перед ним Смерть и, шепнув ему нужные слова, приказала готовиться в долгий путь. Король, как и полагается, стал рыдать, обращая при этом разные горестные мольбы к Создателю своему. Рыдая, сокрушался король и о судьбе сына своего, малолетнего наследника престола. И так жалобно он выл, что даже Смерть растрогалась и болтнула лишнего. «Не стоит проливать столько слез о своем сыне, - сказала она. – Он вырастет смелым и удачливым правителем и приумножит твои земли и богатства в десять раз». «Постой, - сказал король. – Постой, Смерть. Да ты, верно, что-то путаешь. Сын мой еще мал, слаб здоровьем и помрет раньше, чем мы с тобой доберемся до места!». «Нет, - ответила Смерть. – Уж в чем в чем, а в смертном часе каждого из живущих на этой земле я ошибаться не стану. Умрет твой сын еще не скоро».
Но король не унимался. А так как терять ему было нечего, начал спорить со Смертью: «Посуди сама: брат мой только и ждет моей смерти, чтобы сесть на трон. Зачем ему мой сын, плоть и кровь моя? Оставляю я сына своего без защиты, обрекаю его на смерть раннюю, несправедливую!». И так уж он выл и стенал, что Смерть принялась его снова успокаивать: «Нет, говорю я тебе, сын твой будет храбрым воином, и брат твой не убьет его в младенчестве!»
Король же, заметив, что пришедшая за ним дама склонна к разговору и уж сама чуть не плачет над его горемычной судьбой, не уступал: «Ты ошибаешься, Смерть: умрет мой сын, не надев корону отца своего». И потихоньку, ласково стал он Смерть уговаривать: «Подумай сама, умрет мой сын раньше срока, не станет воином, не убьет на войне тех, кого убить должен и останешься ты без работы. Да и войны-то не будет тогда - вот путаница начнется: сколько по земле народу бессмертного разбредется!».
Долго он Смерть увещевал, уговаривал и договорился до того, что чуть ли не в помощники готов был к ней пойти. «Оставь меня на этом свете, чтобы я за сыном своим приглядел, а как только вырастет он и окрепнет, забирай меня со всеми потрохами. Что тебе стоит отсрочить мою кончину: либо я один на этом свете задержусь, либо все перепутается, и сотни смертных в чистилище не отправятся». То ли Смерть утомили его стенания, то ли поверила она в отеческие чувства короля, но дала она ему отсрочку на десять лет. «Живи эти десять лет, расти сына своего и помни мою доброту». И с этими словами ушла страшная гостья из замка.
Что тут началось!!! Король на радостях ударился в пьянство. Каждый день в замке пиры да веселье. Шутка ли: у Смерти отсрочку вытребовал!!! Про сына-то король даже и не вспоминал, а принц, между тем, вырос и превратился в прекрасного юношу. И так как отец его пил беспробудно, то молодой наследник предпочитал серым стенам замка охоту да фехтование. Как один миг пролетели десять лет для короля, и снова страх перед смертью поселился в его душе. «Уговорил я Смерть один раз, уговорю и второй», - поразмыслил король. И задумал он хитрость: сослал он сына своего в монастырь и приставил к нему охрану, чтобы юноша не сбежал. И наказал он вассалам своим стеречь принца и днем, и ночью, а из монастыря не выпускать.
Вот назначенный день наступил. Король со своими вассалами уселся за богатый стол и по обыкновению стал пить сладкие вина и обжираться разными яствами, которых на столе было великое множество. И до того он напился, что не заметил, как среди его пьяных гостей появилась Смерть. Король же, чей разум давно уже плавал в вине, стал похваляться перед гостями.
- Эй, кто из вас видел Смерть так близко, как я?
- Никто! – орали пьяные гости.
- Кто из вас сумел обдурить ее?
- Никто! – отвечали ему.
- А я вот с этой глупой старухи отсрочку себе в десять лет вытребовал и еще вытребую! Скажу ей: «Опять ты, старая, напутала. Какой же мой сын воин?! Какая надежда государства, коли он в монастырь ушел? Видать, в твоих письменах о другом сыне моем речь идет. Этот сын рясу предпочел рыцарским доспехам, да и нрав у него кроткий, как у агнца. Придется мне, чтобы тебя не подводить, еще одного сына зачать. Вот уж он вырастет и станет знатным рубакой, уж он-то тебе славно послужит и в твой мешок душ убиенных им прибавит. Смерть-то ведь глупая, она поверит!
И все гости стали смеяться, потешаясь над глупой Смертью.
А Смерть, рассвирепев, встала со скамьи и подошла к королю. Король в тот миг, опустошив бокал вина, закусывал жареным цыпленком. Увидев Смерть перед собой, он так задрожал, что от волнения проглотил кость. Кость встала поперек горла, и король задохнулся.
Смерть же, не говоря ни слова, засунула его грешную душу в мешок и ушла. Когда пьяные гости увидели бездыханное тело короля, они смекнули, что Смерть все же пришла за ним. Вспомнили они и последние слова своего господина, когда он обзывал Смерть глупой.
С той поры и стали называть такие нежданные смерти глупыми. Бывало, человек жив-здоров, а через минуту из-за какого-нибудь пустяка взял да и помер. Все вокруг только и судачат: «Какая глупая смерть, глупая смерть…». И того не знают, откуда взялась эта присказка…