Нас пугают 37-м годом. А ничего, что суды тогда оправдывали в 20 раз чаще?!
Многих, возможно, удивит, что в современной отлибераленной России число оправдательных приговоров судов не превышает 1%. Тогда как в разгар «Большого террора» конца 1930-х годов эта цифра достигала 13%. В чем же причина столь изумительного контраста?
Да в том, что основной задачей советских судов и милиции была профилактика преступлений. А любое наказание являлось мерой крайней, когда другие методы не решали поставленных перед обществом воспитательных задач.
Советская милиции берет своё начало с рабочей милиции. 28 октября1917 г. НКВД по телеграфу предписал всем Советам рабочих и солдатских депутатов учредить рабочую милицию. Она должна была входить в ведение Советов, власти обязаны были содействовать ей в снабжении оружием.
Рабочая милиция создавалась по принципу децентрализации, подчиняясь местным Советам. Сперва она даже не была штатной, строилась на основе выборов и милицейской повинности – что-то вроде срочной службы в армии. За первыми «ментами» сохранялась зарплата по месту основной работы – и они выполняли как задачи охраны общественного порядка, так и военные.
Но в октябре 1918 года НКВД и Наркомюст утвердили новую инструкцию «Об организации Советской Рабоче-Крестьянской милиции», ставшую шагом к централизации. Милиция стала исполнительным органом центральной власти – и хоть все еще находилась в ведении местных Советов, но подчинялась уже общему руководству НКВД. Милиционеров вооружили холодным оружием и револьверами, они занимались розыском и дознанием по уголовным преступлениям…
И даже во времена знаменитых сталинских чисток наш суд не был тупым штамповщиком обвинительных заключений предварительного следствия, как это принято сейчас. Скажем, одно из самых известных дел тех лет – по Бухарину и его группе – Верховный суд СССР подробнейше рассматривал 10 дней кряду при массе зарубежных наблюдателей. И самые авторитетные из них (Лион Фейхтвангер и другие) не узрели там никаких подтасовок…
Уже при Брежневе министр внутренних дел Н.А. Щелоков, хоть и далеко не безупречный лично человек, справедливо выдвинул главной задачей правоохранителей предупреждение преступлений.
Тогда товарищеские суды на предприятиях, партийные и профсоюзные ячейки старались хорошо ли, худо – но уберечь человека, особенно молодого, от криминального греха. Общественные защитники с предприятий часто присутствовали на судебных процессах – всячески «отмазывая» обвиняемых. Существовала гуманная практика «брать на поруки» тех, кто согрешил впервые и не по самым тяжелым статьям: что-то украл по мелочи, устроил дебош с битьем витрин по пьяной морде и т.п. Важным критерием служила общественно-полезная роль подсудимого: если он в силу чего-то преступил закон, но приносил ранее пользу обществу – его могли оправдать по «характеризующим признакам».
В целом эта задача куда сложней, чем услать в колонию того, на кого указал следователь. Сегодня ей у нас никто не занимается, и число невинно осужденных – тех, кто недодал взятку оперу, следаку или судье – катастрофически растет.
Кстати и во всем мире давно поняли, что проблему борьбы с преступностью нельзя решить путем одних репрессий, сугубо с позиции устрашения. Еще в 1955 году на I Конгрессе ООН по предупреждению преступности было принято решение о создании в полицейских управлениях профилактических отделов. Во многих странах были созданы такие средства профилактики – и только там, где они успешно заработали, преступность ощутимо сокращается.
У российских же правоохранителей сегодня совершенно иные задачи – поскольку и полиция, и суды оказались втянуты в коррупционную схему власти. Репрессии в административном и уголовном праве стали основным методом даже не борьбы с преступностью, а собирания всякой подати. И не только с преступных элементов, но и с замордованного полицией народа – который, пребывая в страхе перед «русской Фемидой», в итоге лучше голоснет на выборах «за кого надо».
Вот потому-то и упало в 20 раз число оправданий в наших судах в сравнении с тем 37 годом, которым нас пугают нынешние лукавые свободолюбы. Ибо тогда и сейчас задачи правосудия были совершенно разные.
Тогда – воспитать народ, максимально оторвав его от криминала и «политических вредителей» и натравив на всякое созидание. Поэтому суд был крайне скрупулезен, осуждал только тех, кого иначе не перековать – в итоге чего у нас и строилось по несколько сот новых заводов в год.
А сейчас задача нашего Шемякина суда – засадить как можно больше правых и виноватых, чтобы послушней платили дань «новым русским негодяям» и не мешались под ногами правящих сырьевиков. Отчего, естественно, число отечественных заводов расти у нас не может нипочем.