Олег Глызин: Следующему министру будет легче

Олег Анатольевич, вот уже год вы работаете министром спорта Пермского края. Чего вам удалось добиться за это время?

— Мы внедрили новую схему субсидирования спортивных федераций. До этого с ними работали по принципу: сначала федерации проводят спортивное мероприятие, а затем получают за это финансовое возмещение в зависимости от норматива. А сейчас внедрён другой формат: федерации выходят к нам, защищают свои проекты, предоставляют документы, и мы обеспечиваем их деньгами на то или иное спортивное мероприятие. То есть мы оплачиваем его заблаговременно, а не по факту. При этом одним из требований для получения бюджетных денег стало отсутствие у федераций налоговой задолженности на момент подачи заявки, из-за чего у многих возникли серьёзные трудности.

— У федераций была большая задолженность?

— Честно говоря, тут можно и посмеяться, и поплакать одновременно. Потому что у кого-то была большая задолженность — 100 тыс. руб., например, или даже чуть больше. Кто-то задолжал «три копейки». Но в любом случае это налоговая задолженность и субсидировать организацию-должника за счёт бюджетных средств мы просто не имеем права. Если руководитель федерации не может заниматься этим лично, у него много других забот, значит, необходимо привлекать специалистов: бухгалтера, экономиста и так далее. Потому что это зона ответственности федерации и её руководителя. За них никто эту работу делать не будет.

— А есть ли у федераций деньги, чтобы содержать экономистов, бухгалтеров и так далее?

— Вопрос, конечно, интересный. Но это не наша задача, а их. Федерации — это общественные организации, которые должны привлекать спонсорские деньги. У нас нет цели выкрутить федерациям руки. Да, было немного жёстко, но мы за этот год друг друга услышали. Сейчас наши законные требования все понимают. В прошлом году 80% всех федераций, которые подали заявки, были обеспечены средствами.

— Кому не досталось?

— Дело не в «не досталось». Субсидии не получили те, кто неправильно оформил заявки. Но у нас нет задачи обеспечить все федерации бюджетными деньгами. Мы обеспечиваем только тех, кто в этом заинтересован.

Если возвращаться к достижениям в спортивной отрасли, то в прошлом году был создан Совет по спорту при губернаторе Пермского края. Глава региона настоял, чтобы в его состав вошли заслуженные тренеры и спортсмены, к мнению которых все мы прислушиваемся. Были созданы рабочие группы по направлениям: массовый спорт, профессиональный спорт, спорт инвалидов и так далее. На минувшей неделе прошло второе заседание совета, то есть идёт разговор начистоту. Участники совета знают, что губернатор понимает суть происходящего и развёрнут к спорту лицом. При этом глава региона чётко доносит мысль, что у нас на всё сразу бюджетных денег не хватит. Мы пойдём постепенно, небольшими шагами, развивая те или иные направления.

Сейчас министерство делает акцент на развитии массового спорта. Мы запустили новые проекты — «Тренер нашего двора», «Мы выбираем спорт», «Школьный спортивный клуб». Мы делаем всё, чтобы воплотить эти проекты в жизнь. Конечно, кому-то это, может быть, не нравится. Кто-то недопонимает, к чему мы ведём. Но задача в том, чтобы всё население Пермского края получило возможность заниматься спортом, чтобы он был доступен для людей. Причём у жителей должна быть возможность заниматься спортом бесплатно. Сегодня губернатор ставит именно такую задачу.

— Раньше задачу по привлечению спонсоров краевое министерство спорта брало на себя, официально или неформально. В особенности это касается профессиональных команд. Вы каким-то образом помогаете им привлекать частные деньги?

— С профессиональными спортивными клубами министерство всегда работало по схеме «50 на 50» — сколько средств привлекает команда, столько же ей предоставляет и бюджет Пермского края. Эта схема действует и сейчас. Но профессиональным командам денег всё равно не хватает. Другие суммы нужны и «Амкару», и «Молоту», и «Парме» — всем. Поэтому команды должны либо найти спонсора, либо заработать. Мы говорили с ними об этом целый год. Не должно было получиться так, что наступает время «Ч», и команды остаются без денег.

Но наши уважаемые профессиональные команды привыкли к другой схеме финансирования: 50% — это бюджетные деньги, 50% — внебюджетные. И в этих внебюджетных деньгах огромная нагрузка вновь ложилась на нас. Минспорта, губернатор и всё правительство искало, договаривалось и шло навстречу, чтобы промышленники и другие уважаемые коммерсанты помогали клубам.

Сейчас тренд сменился. Руководство страны ставит задачу развивать массовый спорт и сокращать бюджетные расходы на профессиональный спорт. Профессиональные команды должны изыскивать денежные средства сами. Кто-то это услышал, кто-то не услышал. Кто-то говорил: «Ну ладно. Вы тут говорите, говорите… Всё равно вы нам поможете».

Но позиция жёсткая — и у министерства спорта, и у губернатора Пермского края. В этом году мы снизили бюджетное финансирование профессиональных команд на 5% — с 381 млн до 362 млн руб. Это тяжёлый момент для клубов, потому что задачи на сезон никто не отменял. Но в других регионах финансирование профессиональных клубов урезают на 20%, на 40%, а то и отменяют вообще. Мы же делаем это более плавно, чтобы дать командам время перестроить свою работу. К тому же, несмотря на сокращение финансирования, объём средств, который выделен профессиональным спортивным клубам в этом году, больше, чем объём финансирования всех спортивных федераций. При том, что клубов у нас шесть, а федераций — 102.

Что касается поиска спонсоров, то бежать впереди паровоза, просить для профессиональных клубов какие-то деньги я считаю неправильным. Профессиональная команда должна сама искать заинтересованных в ней бизнесменов и разговаривать с ними. Мы к этому делу подключимся в любом случае. Но если нам намекают: «Вот, ребята, найдите для нас денежку, а мы в носу поковыряем», — это неправильно.

— Если говорить об «Амкаре», представители краевых властей всегда входили в состав правления этого клуба. Вы же этого делать не планируете. Почему?

— Мы этого не делаем в том числе потому, что в этом может быть усмотрена коррупционная составляющая. Мы всё-таки чиновники и не должны участвовать в правлении общественной организации, которая так или иначе имеет коммерческий уклон. А контролировать расходование бюджетных средств мы можем и извне.

— Вы можете контролировать расходы. А доходы?

— Клубы предоставляют нам отчёты о своей деятельности, где указаны все их доходы, в том числе и от трансферов игроков. Они могут делать это криво и косо. Но у нас поставлена задача отработать механизм контроля, мы это делаем.

— Что случилось с волейбольным клубом «Прикамье»?

— Тяжёлая тема. Проблема та же — финансы. Свои обязательства перед «Прикамьем» в рамках схемы «50 на 50» бюджет Пермского края выполнил полностью и даже перевыполнил. Мы дали чуть больше, чтобы закрыть долги перед игроками и налоговую задолженность. В этом году клуб вряд ли смог бы выполнить свои обязательства по схеме «50 на 50». Решение о снятии с чемпионата России было принято, чтобы не усугублять ситуацию. Ведь если бы они так и не смогли привлечь деньги, нам пришлось бы требовать возврата бюджетных средств, в нормальном варианте или через суд. И это была бы и наша, и их головная боль. А ущемлять и ставить в такое положение достойный профессиональный клуб не хотелось.

Если произойдёт чудо и у волейбольного клуба «Прикамье» появится какой-то значимый спонсор, мы всегда будем рады видеть его в своей обойме. Но на сегодняшний день ситуация зашла в тупик и разрешить её можно было только закрытием клуба.

— Есть ли риск того, что в ближайшее время закроются другие профессиональные клубы?

— Такой риск у профессионального клуба есть всегда. Всё зависит от того, найдут они деньги или нет. Поймите, у нас нет задачи угробить профессиональный спорт в Пермском крае. Но профессиональные клубы должны зарабатывать сами, а не кусать со всех сторон бюджет Пермского края.

— Раньше вы возглавляли администрацию Кировского района Перми. И вдруг такой поворот в карьере — должность министра спорта. Как так получилось?

— На должность министра спорта я никогда не рвался, не стучался в эту дверь с просьбой «Пустите, я хочу порулить». Ни в коем случае. Кем была предложена моя кандидатура, я даже не знаю. Но меня вызвал предыдущий губернатор Виктор Басаргин и предложил этот фронт работы. Я честно сказал, что в этой отрасли я не работал, хотя рядом со спортом был всегда, спорт я люблю и уважаю во всех направлениях.

— Почему так долго вводился в строй футбольный манеж «Пермь Великая»?

— Если кратко, то заказчика не удовлетворила работа подрядчика на этом объекте. Подрядчик внёс изменения в проект в ходе строительства. При этом ни Минспорта Пермского края, ни Центр спортивной подготовки, который является непосредственным заказчиком, не были об этом уведомлены. Брать на себя риски, возникшие по вине подрядчика, никто не хотел. Поэтому пришлось проводить экспертизу, требовать внесения изменений в проектную документацию, всё это тянулось очень долго. Никто не говорит, что этот объект завтра рухнет. Но там в любом случае были недоработки — и в несущих конструкциях, и в пожарном обеспечении. Например, в проекте не было дополнительного пожарного водоёма. А по всем правилам безопасности он там необходим. И в этом году мы его сделаем.

— Ледовый дворец в Краснокамске сначала презентовали как имиджевый проект, привозили туда президента. Затем оказалось, что этот объект тоже нужно доделывать. Что с ним?

— Ледовый дворец функционирует, конечно. Но там действительно есть недоделки. Чтобы привести его в нормативное состояние, нужно выполнить 14 различных видов работ. В настоящее время всё, что касается этого объекта, находится на рассмотрении в суде. Суд решит, какие работы должен выполнить подрядчик в рамках гарантийных обязательств. Остальное будем делать мы. Но так или иначе мы приведём этот объект в нормативное состояние, это вопрос решённый.

— Почему крупные спортивные объекты в крае строят так некачественно?

— Может быть, не каждая строительная организация может возводить такие объекты. Но подряды им доставались на основе конкурса. Впрочем, есть и позитивные примеры, например внутреннее «перевооружение» УДС «Молот». Это центральная площадка для всех основных зрелищных видов спорта. И там уже сделано многое — заменено световое оборудование, посадочные места, установлены специальные экраны, отремонтированы раздевалки и душевые. В этом году у нас очень многое завязано на «Молот». Только в феврале там пройдут два спортивных мероприятия международного масштаба — игры мужской и женской сборных России по баскетболу. Мы не должны здесь ударить в грязь лицом.

— Реконструкция стадиона «Звезда» отложена в долгий ящик? Какие перспективы у этой арены?

— Стадион «Звезда» — это головная боль городской администрации, потому что это их объект. Пермский край пока не планирует брать его в свою собственность.

— Какие основные задачи вы ставите перед собой на посту министра спорта?

— Система спорта должна быть прозрачной для всех. Нужно, чтобы все — и спортсмены, и тренеры, и руководящие работники — понимали, куда мы движемся, что мы делаем и чего мы хотим достичь. Сейчас же идёт перетягивание одеяла. Каждый сам за себя, каждый отстаивает свои интересы. А прозрачного механизма взаимодействия со всеми нет. Создать его — это, наверное, основная задача.

Не буду лукавить. Наверное, есть более профессиональные люди, которые могут возглавить министерство и поднять пермский спорт на более высокий уровень. Я же в большей степени занимаюсь хозяйственными задачами — разгребаю то, что у нас накопилось. Чем быстрее это разгребу, тем легче будет работать дальше. И если в будущем министром спорта станет кто-то другой, ему будет легче. Мне нравится то, что я делаю, я вижу позитивные результаты работы, но ложиться костьми в борьбе за это кресло — это неправильно. Губернатор скажет спасибо за работу — Олег Анатольевич встанет, поклонится и уйдёт.

— То есть вы воспринимаете должность министра спорта как временную?

— Не так. Пока я буду эффективен в этой должности — буду её занимать. У меня есть работодатель. Главное лицо, принимающее решения, — это губернатор. И именно он определяет, справляемся мы или не справляемся.