Дмитрий Сутормин: Мы смогли сделать продукт мирового уровня

— Дмитрий, поясните, кто такие бизнес-ангелы?

— Бизнес-ангелы — это частные инвесторы, которые инвестируют в стартапы на самых ранних стадиях. В отличие от венчурных фондов и других инвесторов они оперируют собственными средствами и чаще всего действуют в одиночку.

— По итогам прошлого года вы заняли шестую строчку в топе бизнес-ангелов России (всего в рейтинге 22 человека). Как оцениваете свой результат?

— Мне приятно признание. Но считаю себя одним из лучших в стране, поэтому шестое место в этом рейтинге — для меня не самая вдохновляющая позиция. Думаю, что результат может быть лучше. Мои реальные позиции гораздо выше шестого места просто потому, что я успешен.

— Составители рейтинга исходили из количества закрытых публичных сделок. А как ещё можно оценивать работу бизнес-ангела?

— По количеству успешных сделок. У меня этот показатель на уровне 50 на 50. Для венчурного рынка это очень хорошо. Обычно это 1 к 10: то есть только одна сделка из 10 является успешной.

— Расскажите о проектах, которые вы закрыли.

— В прошлом году были проведены сделки по продаже двух компаний. Первая — Skypark CDN (сетевая инфраструктура, позволяющая оптимизировать доставку контента), которую приобрела G-Core, дочерняя организация разработчика игр World of Tanks. Покупатель посчитал разработанное нами решение лучшим в мире и решил с его помощью усилить свои позиции. Это суперрезультат: мы смогли сделать продукт мирового уровня.

Вторая компания — Enaza (платформа для дистрибуции цифровых ключей, в основном антивирусов), которая была продана компании-стратегу Softline. Это лидер российского рынка цифровой дистрибуции ПО. И Skypark CDN, и Enaza продолжают работать в Перми.

— Какие проекты входят в ваш инвестиционный портфель?

— В большинстве случаев это технологические и IT-стартапы. В портфеле несколько звёздных компаний, таких как Playkey, которая развивает облачную игровую платформу, позволяющую играть на любом компьютере, планшете, телевизоре в любые самые современные игры. Игра запускается на удалённом сервере, а пользователь получает качественный видеопоток. Это очень динамичный проект, который в прошлом году показал хороший результат: привлечены инвестиции Фонда развития интернет-инициатив (ФРИИ) в размере $2,8 млн, проведённое ICO (Initial Coin Offering — первичное размещение токенов) собрало $10,5 млн. Сервис доступен на рынках России и Европы, а с марта—апреля этого года — в США.

Другой звёздный проект — компания RCML (Robot Control Meta Language) с технологией, представляющей собой контроллер и средство управления промышленными роботами. Её цель — облегчение установки ПО и координация роботов на производстве. В прошлом году проект победил в треке TechNet акселератора GenerationS, также был презентован президенту Владимиру Путину.

В моём портфеле остаётся ещё семь компаний, которые работают на разных стадиях. Среди них есть и звёздные. Надеюсь, мы продолжим показывать высокие результаты.

— Каков объём ваших инвестиций в эти компании?

— Это $6—7 млн. Средний темп инвестирования — $1 млн в год. В один проект я стараюсь вкладывать не менее $250 тыс., потому что считаю, что за меньшие деньги реализовать проект практически невозможно. Хотя, конечно, есть компании, в которые инвестирую меньше, например $100 тыс. Самый дорогой проект — Playkey, в который я и мой партнёр вложили по $2 млн.

— Какую прибыль приносят эти проекты?

— Общую сумму называть не буду. Приведу пример. Последняя компания, которую мы продали, принесла доход 24Х, то есть мы вложили Х, а получили в 24 раза больше. Это очень хороший результат. Больше, чем приносят другие инструменты.

— На основе каких критериев вы принимаете решение об инвестировании?

— Я не фонд, а частное лицо, поэтому гибко подхожу к рассмотрению проектов. Но существует несколько критериев, которые лежат в основе выбора. Первый — наличие инновационной, даже революционной технологии, которую можно масштабировать на весь мир. Для меня важно, чтобы проект не был локальным и мог прижиться не только в России, а был интересен всему миру. Это должна быть глобальная история, которую можно продавать где угодно.

Второй критерий — «стальные яйца» у команды, присутствие здоровых амбиций. Главная проблема любого инвестора — компании-зомби, которые достигают точки безубыточности и останавливаются в своём развитии. Мне как инвестору такая компания становится неинтересной: она не приносит прибыли, не увеличивает капитализацию, её невозможно продать, но она требует внимания. Поэтому я инвестирую в команды, которые готовы далеко и быстро двигаться.

— Сколько компаний в вашем инвестпортфеле имеют пермскую прописку?

— Порядка 80% всех проектов — из Перми. Я здесь родился, прожил 40 лет, поэтому хорошо знаю наш город. Здесь живут очень талантливые и перспективные люди. В Перми сильная IT-школа, которую необходимо поддерживать и развивать. В сообществе нас даже прозвали «пермская IT-мафия». Во ФРИИ сложился стереотип, что все проекты с пермской пропиской, которые они рассматривают, исходят от меня. Но это не так.

— Пермская IT-мафия?..

— Можно считать сложившимся понятием. Это когорта предпринимателей, бизнесменов, венчурных инвесторов, которые выросли в Перми. Мы поддерживаем друг друга в работе.

— Кто из пермских «айтишников» в неё входит?

— Имён много. Это Александр Агапитов (Xsolla), Артём Разумков (Macroscop), Алексей Южаков и Олег Кивокурцев (Promobot), Андрей Хусид (RealtimeBoard), Егор Гурьев и Вадих Гиниатулин (Enaza), Антон Волков и его команда AlternativaPlatform. Илья Миков и Антон Телицын (Lordmancer), Владимир Бугай (Knoema). Ну и, конечно, гиганты «Прогноз» и «ЭР-Телеком». Список имён можно продолжать.

— Цифровая экономика стала флагманом для краевых властей. Насколько обоснован этот пафос, учитывая общий фон?

— В Прикамье действительно очень сильные проекты. Это видно по федеральным конкурсам. Например, на GenerationS все последние три года в числе лидеров находятся пермские компании (Promobot, Tesso, RCML). Есть несколько точек роста: «Прогноз» сформировал хорошую школу программистов, которые учредили стартапы мирового уровня; «ЭР-Телеком» стал хорошей кузницей кадров, драйвером роста для многих других компаний. Технологической точкой притяжения стал Digital Port, где работает команда Андрея Хусида. Сегодня они не только делают свою историю, но и помогают развиваться другим. Их последняя конференция Dream Big: Founders for Founders привлекла много внимания. В Перми также работают хорошие игровые проекты.

Здесь большой потенциал, много «айтишников» и качественных идей — настоящая IT-мафия. Поэтому ставка на цифровую экономику вполне обоснована. При умелом приложении сил и правильной поддержке можно выстроить красивую федеральную историю.

— Чем можно помочь? И есть ли риск того, что, вмешиваясь в развитие, власти могут всё испортить?

— Мне часто задают вопрос: что нужно сделать, чтобы отрасль развивалась быстрее? Ответа нет. Возможно, достаточно моральной поддержки и защиты, чтобы каждый, кто начинает развивать собственное дело, понимал, что региону это действительно нужно. Часто «айтишники» остаются один на один с государством, и тогда помощь необходима. Думаю, что помешать развитию отрасли уже невозможно, мы всё пережили, поэтому действия властей можно расценивать как плюс.

Во всех регионах при госструктурах есть компании, которые поддерживают стартапы. Но чаще всего это получается неэффективно. Позитивная практика сложилась в Самарской области. Можно изучить этот опыт, чтобы применить и в Пермском крае.

— Расскажите о своём проекте «Разведка боем». Для чего он был создан?

— «Разведка боем» проходит раз в квартал и представляет собой питч-марафон: представители стартапов должны за три минуты представить собственную идею и ещё за пять минут ответить на вопросы. За один день мы успеваем рассмотреть 50—55 проектов. В зале находятся инвесторы и простые зрители. Желающие могут обменяться контактами и продолжить сотрудничество. «Разведка боем» — частная инициатива, мы не берём никаких денег за участие. Для меня как бизнес-ангела это социальный вклад в развитие сообщества и инструмент поиска интересных, перспективных проектов.

— Какая доля участников «Разведки боем» получает инвестиции?

— Со слов участников получается порядка 25% компаний, которые находят партнёров или инвесторов. У всех разные цели, некоторые приходят не только найти инвестиции, многие присматривают команды.

— Сколько проектов вы отсматриваете, чтобы в итоге принять решение об инвестировании?

— За год поступает около 2 тыс. идей со всей России, из которых прочитаю порядка 500. Реалистичными могут быть 30—50 проектов, три—пять из них я могу профинансировать. После того как моё имя стало известным, уже не нужно искать проекты — стартапы приходят сами. Их количество настолько большое, что пора создавать фонд и организовывать работу по рассмотрению проектов на более системном уровне. Я вижу много предприимчивых, творческих, работящих людей. Если им показать перспективы, рассказать о том, как и куда двигаться, они будут этим заниматься.

— Какие направления, стартапы сегодня наиболее востребованы?

— Безусловно, большое движение создаёт криптоэкономика и технология блокчейна. Эта тенденция имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Джина выпустили из бутылки, и его обратно уже не вернуть. Что бы ни говорили, технология продолжит развиваться.

Идеи конца 1990-х годов сегодня реализованы в реальности: любая корпорация может выпускать собственную валюту, которая может быть защищена и нормально функционировать. Технология ICO позволяет привлекать капитал быстрее, чем традиционным способом. Теперь не требуется массы регистрационных действий. Достаточно иметь стоящий проект, в который поверят инвесторы, и за несколько месяцев привлечь серьёзные инвестиции. С другой стороны, крипторынок стягивает большое количество ресурсов: высокорисковые фонды, частные инвесторы выводят свои деньги именно на этот рынок. Поэтому традиционным стартапам становится труднее развиваться.

В прошлом году мы провели два ICO. Кроме Playkey, который привлёк $10,5 млн, Lordmancer II (многопользовательская игра для мобильных устройств, которая позволяет зарабатывать) собрал $1 млн.

— Почему IT-компании, в отличие, например, от промышленников, не заинтересованы в участии или влиянии на принятие важных решений, в том числе для своего сообщества?

— Понятно, почему промышленники идут во власть: они лоббируют получение госконтрактов, подрядов, строительство необходимой для себя инфраструктуры, получение налоговых льгот. Мы во всём этом не нуждаемся, потому что можем пользоваться любой инфраструктурой. Льгот мы не получим, потому что не являемся градообразующими предприятиями.

— Получение государственного заказа тоже не интересно?

— Я предпочитаю не работать с госзаказом, потому что это очень тяжёлые, «токсичные» деньги. Этим занимался «Прогноз», у его нынешних последователей также получается работать в этом направлении. Хорошая IT-компания ориентирована как минимум на федеральный, а лучше международный рынок, ей не интересен регион. В последнем случае овчинка выделки не стоит.

Редакция газеты «Новый компаньон» благодарит ТЦ «Семь пятниц» за содействие в организации фотосъёмки