Рожденный быть звездой. Взлеты и падения Федора Шаляпина
Свой жизненный и творческий путь Шаляпин начал в Казани. Семья его была довольно бедной, поэтому с ранних лет Федя подрабатывал где придется. Работал грузчиком, писарем, разнорабочим. Но все это не мешало ему уже в юном возрасте начать развивать свои музыкальные таланты. Сначала он пел на деревенских свадьбах и похоронах. На одном из таких мероприятий голосистого молодого человека заметил кто-то из церковного хора и пригласил присоединиться. Шаляпин и тут сразу обратил на себя внимание, его стали регулярно приглашать петь в церкви соседних поселений. Так продолжалось до тех пор, пока у юноши не начал ломаться голос. Для Федора это стало настоящим ударом, поскольку по юношеской наивности он не подозревал, что такое может случится.
Впрочем, мечты о музыке Фёдор не оставил, хотя его родителям это категорически не нравилось. Отец настаивал на том, чтобы сын шел учиться на столяра. Но юное дарование такие перспективы совсем не радовали. Чтобы хоть как-то быть поближе к музыке, Шаляпин устроился писарем в консерваторию. Прошло несколько лет, и певческий голос к нему вернулся, правда, оказалось, что теперь у него не дискант, а баритон.
Окрыленный такими переменами, Шаляпин отправился в Уфу устраиваться в местный оперный театр. Его взяли, но для начала в качестве статиста. Когда парень пообвыкся на сцене, ему стали доверять сначала хоровые партии, а затем и сольные. Однако стремительной карьеры в Уфе у Шаляпина не получилось. Театральный сезон закончился, и чтобы не сидеть без дела, Федор присоединился к бродячей, а точнее, гастролирующей труппе. Изнурительные гастроли по Уралу денег ему особо не принесли. Равно как и славы. Тогда Шаляпин решил предпринять еще одну попытку сделать шаг навстречу своей мечте о большой оперной сцене. На последние деньги он купил билет в Тифлис. Почему в Тифлис? Этого и сам Шаляпин толком не понимал. Конечно, в незнакомом городе его никто не ждал. Будущая звезда вынуждена была перебиваться случайными заработками, в том числе и знакомой ему профессией писаря. Неизвестно, как долго бы это продолжалось и чем закончилось, если бы однажды совершенно случайно он не познакомился с известным в прошлом оперным певцом Усатовым. Усатов сразу разглядел в писаре весь его певческий потенциал, но при этом честно сказал Шаляпину и о том, что поет он как любитель, а надо бы поучиться. Усатов взялся учить Шаляпина лично, притом совершенно бесплатно. Кроме того, он сумел выбить ему небольшую стипендию, регулярно подкармливал и обучал хорошим манерам. Шаляпин до конца дней хранил самые теплые воспоминания об Усатове и называл его своим единственным учителем.
«Недостаточно хорош для Большого»
Спустя буквально несколько месяцев после начала обучения в жизни Шаляпина начали происходить разительные перемены. Его стали приглашать выступить на крупных концертах, а вскоре и вовсе пригласили в труппу Тифлисского оперного театра. Публика принимала певца на «ура». Но Шаляпину было этого мало. Он мечтал прославиться на всю страну, а лучше — на весь мир. Куда ехать дальше, Шаляпину было очевидно. Конечно, в Москву! Конечно, в Большой театр. Но в Большом ему прямо с порога недвусмысленно дали понять, что в его услугах не нуждаются. Шаляпин, переживавший в тот период нечто вроде «звездной болезни», был в шоке. Пришлось довольствоваться тем, что есть, то есть, тем, куда его готовы были взять. Так Федор Иванович попал в оперную труппу Петросьяна и оказался в Питере. В северной столице дела сразу пошли неплохо. Шаляпин нравился публике, а публика нравилась ему. Совсем скоро на молодого певца обратило внимание руководство Мариинского театра. Его пригласили на прослушивание и после некоторых раздумий решили взять в штат. Казалось бы, мечта сбылась. Шаляпин будет петь на сцене одного из лучших театров мира. Но он снова был неудовлетворен. Ему доставались чаще всего второстепенные партии, да и не все из них ему нравились.
Естественно, когда его пригласил в свой театр меценат Савва Мамонтов, Шаляпин согласился. И дело было даже не в том, что Мамонтов предложил ему оклад в три раза больше, чем ему платили в Мариинке. Мамонтов сказал Шаляпину: «Феденька, ты можешь петь всё, что только захочешь! Захочешь оперу поставить — пожалуйста! Нужны будут сумасшедшее дорогие костюмы? Не проблема!». Шаляпин не растерялся. Под покровительством Мамонтова его талант, наконец, развернулся в полной мере. Теперь его мечтали заполучить не только Большой, но и лучшие театры Европы и Мира. Первые гастроли Шаляпина в Италию принесли ему не только баснословные деньги, но и всемирную славу. Теперь он был доволен. Но так продолжалось недолго. Началась Первая мировая война, затем грянула революция. И Шаляпин стал невыездным. Его это крайне не устраивало, равно как и советская власть в целом.
Когда, наконец, в 1920 году ему позволили выехать на гастроли в Америку, Шаляпин объявил, что на родину он больше не вернется. И действительно не вернулся...