Латвия в погоне за «нелояльными»
Финиширующий 2017 год в прибалтийской политике проходил под знаком «лояльности». Или «нелояльности», которой клеймили всех «идеологически неверных» представителей общества: от учителей до госслужащих. Диалектичность проблемы показывает несостоятельность терминологии.
Традиционные итоги года разумнее подводить для Прибалтики как региона в целом. Объективных причин тому много. Например, связанная с Brexit дыра в бюджете ЕС напрямую касается всех трех стран Прибалтики. Депопуляция, «украинизация», ужесточение режимов и пр. — тоже. Как и обещание президента США Дональда Трампа «сэкономить кучу денег» на тех, кто проголосовал в ООН против США по вопросу о статусе Иерусалима. Так что чешут в затылках в Прибалтике синхронно в пределах одного часового пояса.
Если же говорить об отличиях в развитии уже облезлых «балтийских тигров», то на них возможны различные взгляды. Три страны с уникальным форматом государственности («юридически тождественные» довоенным диктатурам) действительно имеют свои отличия друг от друга в государственном развитии, но отличия эти можно толковать и как юридические эксперименты в рамках одного идеологического целого — Прибалтики. Мысль эта новая.
Так, например, введение в 1993 году суда присяжных в Ставропольском крае, Ивановской, Московской, Рязанской и Саратовской областях Российской Федерации однозначно рассматривалось не как «отличия» развития этих субъектов от остальной Федерации, а строго как юридический эксперимент. Получится, понравится — и опыт будет перенесен на всю Россию. Не понравится — подведем итоги и напишем научные статьи. В Прибалтике же юридические эксперименты ставятся «по умолчанию».
В качестве примера такого эксперимента можно привести введение в идеологический и правовой дискурс понятия «лояльность».
В Латвии были приняты поправки в закон об образовании, которые предусматривали, что руководители учебных заведений и педагоги должны быть лояльными к государству и его Конституции. Руководитель Государственной службы качества образования Инита Юхневича тогда отметила, что проверку учителей на лояльность нельзя назвать особенным мероприятием: «Степень лояльности мы оцениваем в соответствии с нормативными документами, среди которых Сатверсме (Конституция Латвии), закон об образовании и Стандарты основного и среднего образования. Уже до этой инициативы в законе об образовании была статья, согласно которой учитель должен воспитывать учащихся патриотичными по отношению к государству».
«Лояльность» — категория иррациональная и правовому определению поддается плохо.
Глава Министерства образования и науки Марите Сейле попыталась: «Я думаю, что лояльность — это уважительное отношение к государству и любой честный труд в его пользу. Лояльность по отношению к Латвийскому государству означает действия и поведение, поддерживающие латвийскую национальную независимость, территориальную целостность, демократическое государство и латышский язык как единственный государственный, а также другие нормы в соответствии с Конституцией Латвийской Республики». Ключевое тут — «я думаю».
К очевидным итогам года также следует отнести всё ужесточающуюся русофобию и нагнетание военной истерии, особенно перед совместными учениями России и Белоруссии «Запад-2017».