Бывший директор обвинила Джигурду во лжи о завещании
Открытое письмо фигуристки Марины Анисиной к президенту России, которое было опубликовано на нашем сайте, наделало немало шума. Одни осудили спортсменку, другие посчитали, что она права. Dni.Ru обратились за комментариями к бывшему директору ее мужа Никиты Джигурды.
"Я уверена, что письмо писал Никита – стиль и манера его, – заявила Антонина Саврасова. – Марина зобмирована: находится в его власти и делает все, что он скажет. Все, что пишет Анисина в этом письме – глупость. Это можно понять даже по комментариям, которые в интернете оставляют пользователи. Я смеялась над ними".
"Этим письмом Никита преследовал две цели, – предположила Антонина. – Во-первых, хотел напомнить о себе – он же боится, что его забудут. В письме семья актера просит президента оградить их от нападок журналистов, но это лукавство. Если пресса перестанет писать о Джигурде, он сам будет обивать пороги и умолять – слишком любит пиар, славу. Пресса для этой семьи – еще и возможность хорошо заработать. Анисина и Джигурда приходят на эфиры за деньги, получают сотни тысяч рублей. Как они будут зарабатывать, если пресса их забудет?!"
"Вторая цель Никиты – отвлечь внимание от завещания Людмилы Браташ, вокруг которого кипят страсти. Завещание, скорее всего, было. Да, Люся что-то могла оставить Никите, что-то – Марине. Конечно, оставила сумму детям Марины и Никиты на образование. Но все наследство оставить не могла никак. Бумага, которой трясет везде Никита – подделка, фальсификат", – считает бывший директор актера.
Саврасова пояснила: "С чего бы вдруг Люся полетела в Америку к сомнительному адвокату, чтобы оставить там завещание? Почему это сделано не на номерном бланке в присутствии двух свидетелей, как требует закон Соединенных Штатов, а на бумаге компании Браташ? Не на бланке писать заявление можно только в случае, когда человек находится в экстремальных условиях – на корабле, в самолете, когда ему грозит смерть. Но Люсе ничего не угрожало и ничего не мешало сделать все по правилам!"
"Если какие-то завещания и существовали, скорее всего, они не были узаконены и официально упакованы – их легко было уничтожить. Доступ к сейфу с документами был у Светланы, сестры Браташ. Я, кстати, не верю, что Люся умерла своей смертью. Ее убрали, как мне кажется. Помогли умереть..." – отметила Антонина.
"Я уверена, что эти деньги никому ничего хорошего не принесут, эти деньги прокляты. Много раз говорила Никите, что самое правильное – отказаться от наследства Браташ в пользу детей, больных лейкемией, отдать все на благотворительные нужды, – подчеркнула Саврасова. – В этом случае он мог бы по закону получить какую-то часть, а с его филькиной грамотой не получит ничего и только опозорится в очередной раз".
"Никита всем рассказывает, как едва не стал мужем Браташ. Это еще одна ложь, – добавила Антонина. – У Людмилы никогда таких планов не было, а после ее смерти можно придумывать что угодно. Как и вскрывать сейф, чтобы уничтожить настоящее завещание и другие документы..."