Когда многоквартирный дом становится политическим фактором: зачем крымским чиновникам грозят взыскания?

В крымской системе управления многоквартирным фондом появилось новое звено давления — дисциплинарное.

Председатель Совета министров Юрий Гоцанюк объявил о намерении применять взыскания к главам администраций и председателям городских советов, которые не справляются с решением проблем жителей многоквартирных домов.

Формулировка звучит жёстко: речь идёт не о технических недочётах, а об «неэффективной работе с обращениями граждан» и фактическом игнорировании жалоб на состояние жилья и коммунальные услуги. Замечания выявлены по итогам проверок сразу в нескольких ключевых городах — Симферополе, Керчи, Джанкое, Бахчисарае, Ялте, Красноперекопске, а также в ряде районов — Симферопольском, Бахчисарайском, Красногвардейском, Советском и Черноморском.

Формально новая жёсткость вписывается в более широкий тренд: республика уже несколько лет демонстрирует стремление «закрутить гайки» в сфере ЖКХ.

На расширенных совещаниях Гоцанюк подчёркивал необходимость усилить контроль за управляющими компаниями, актуализировать данные о многоквартирных домах в государственной информационной системе ЖКХ и, при необходимости, лишать лицензий недобросовестные управляющие организации.

Прокуратура, в свою очередь, отчитывается о тысячах обращений граждан по проблемам жилья и коммунальной инфраструктуры, из которых более тысячи жалоб удовлетворены с вынесением предписаний и привлечением ответственных лиц к ответственности. Новый шаг — персональная дисциплинарная ответственность глав муниципалитетов — логично продолжает эту линию, переводя вопрос из плоскости «плохой управляйки» в плоскость личной управленческой несостоятельности.

У подобного подхода есть очевидные плюсы.

Во‑первых, он повышает политический вес темы многоквартирных домов. До сих пор жалобы на текущие крыши, холодные подъезды или мусор во дворе часто рассматривались как «техническая рутина» уровня управляющей компании. Теперь главы администраций и председатели горсоветов получают сигнал: невнимание к жалобам жильцов может стоить выговора, замечания или, в крайнем случае, должности.

Прецеденты уже есть: в других сферах, от транспорта до доходов бюджетов, выговоры и даже увольнения по итогам разборов проблемных вопросов не раз становились инструментом публичной демонстрации управленческой ответственности.

Во‑вторых, персонализированное наказание формально должно стимулировать вертикаль власти быстрее реагировать на сигналы снизу, а не перекладывать ответственность на управляющие компании или подрядчиков.

Однако очевидны и риски. Главная проблема в том, что дисциплинарные меры не меняют фундаментальной структуры ЖКХ. Муниципальные чиновники по-прежнему зависят от качества и добросовестности управляющих компаний, от объёма средств на капитальный ремонт и благоустройство, от состояния инженерных сетей, во многом заложенного десятилетиями недоинвестиций.

Возможность получить выговор за «плохую работу с проблемами жителей» не добавляет денег на замену лифта или ремонт крыши, а создаёт стимул заниматься прежде всего управлением статистики жалоб и отчётностью. В условиях, когда прокуратура фиксирует тысячи обращений и сотни нарушений по всей республике, угроза дисциплинарного взыскания легко превращается в борьбу за показатели, а не за результат.​

Есть и политический угол. Усиление контроля в сфере ЖКХ полезно смотрится на фоне общественного недовольства состоянием домов и коммунальных услуг, но при этом перекладывает фокус критики на муниципальный уровень. Региональные власти могут продемонстрировать жёсткость: главы администраций получают выговоры, по некоторым эпизодам доходит до административных дел и штрафов за неисполнение представлений надзорных органов.

Для жителей это создаёт ощущение, что «кого‑то наказали», даже если реальная скорость решения проблем в конкретном доме остаётся прежней. Опасность заключается в том, что дисциплинарная практика может оказаться главным образом инструментом символической политики, а не устойчивой реформы системы управления жилфондом.

Вместе с тем, нельзя игнорировать и долгосрочный потенциальный плюс. Если угроза взысканий будет подкреплена реальными кадровыми решениями и связана с объективными показателями — например, долей отработанных обращений в срок, качеством содержания общего имущества, снижением аварийности сетей, — это создаст для муниципальных команд понятную систему мотивации. Вкупе с усилением госжилинспекции и возможностью лишать лицензий управляющие компании, такая система могла бы стимулировать конкуренцию за качество: глава администраций заинтересован в том, чтобы в его городе работали сильные УК, а не формальные держатели лицензий, и чтобы жалоб было меньше не только на бумаге.​

В нынешнем виде инициатива выглядит как промежуточный шаг: политический сигнал сверху и попытка «привести в тонус» местную власть на фоне массовых жалоб и заметной нервозности вокруг ЖКХ. Структурно она не решает ни проблемы стареющего жилфонда, ни системного дефицита инвестиций в инфраструктуру, ни конфликт интересов между жителями, управляющими компаниями и муниципалитетами. Но она повышает цену бездействия для конкретных чиновников и, как минимум, делает игнорирование обращений формально рискованным.

Итог будет зависеть от того, останется ли дисциплинарная жёсткость инструментом разовых выговоров и громких заявлений или превратится в часть более последовательной политики, где ответственность сочетается с ресурсами и чёткими правилами игры для всех участников рынка коммунальных услуг.