"Сынок мог вырасти и стать счастливым": в кировской больнице на руках убитой горем матери умер полуторагодовалый ребенок
17 января 2026 года в Кировской областной детской клинической больнице умер ребенок в возрасте год и девять месяцев. Мама мальчика, котельничанка Анна Игошина считает, что ее сына убили профессиональным равнодушием, неверными диагнозами и халатностью на всех уровнях здравоохранения Кировской области.
Хронология событий. 27 декабря 2025 года маленькому Косте резко стало плохо. У мальчика поднялась температура до 39 градусов, появился озноб. По словам Анны, участковый врач на дому диагностировала грипп. Назначенные лекарства ребенку не помогали.
С 31 декабря по 6 января лежали в Котельничской районной больнице. Уже тогда врачей настораживали анализы ребенка, но переводить в другую больницу нас не спешили. Решили, вылечат антибиотиками. Все это время у Костика держалась высокая температура. Смотрела на состояние сына и слезно просила лечащего врача о переводе в кировскую больницу. Второй антибиотик назначили, но и он не помогал.
"Эксперименты" с лечением. 6 января Анну с сыном перевели в инфекционную клиническую больницу в Кирове. Там они пролежали десять дней. Полуторагодовалому ребенку назначили третий антибиотик. Снимки рентгенографии не подтверждали пневмонию. Также врачи отказались от версии с менингитом.
Постоянные заборы крови "говорили" врачам, что в организме ребенка нет инфекций. Лечащий врач разводила руками и отвечала, что не знает, что с нашим малышом... Состояние ребенка ухудшалось. Были обильная рвота, понос, полубессознательное состояние. Он перестал ходить, есть и проявлять интерес к происходящему вокруг.
14 января Косте Игошину провели ультразвуковое исследование сердца. Эхокардиография показала, что у полуторагодовалого мальчика - перикардиальный выпот (аномальное накопление жидкости в перикардиальном мешке, который представляет собой двухстенную структуру, окружающую сердце) и расширение коронарных сосудов, обеспечивающие кровоснабжение миокарда.
Повышенные показатели. После исследования сердца малышу поставили синдром Кавасаки - воспаление сосудов. Чаще всего при этом заболевании страдают артерии, которые снабжают сердце кислородом, но могут поражаться вены и капилляры.
Врачи сказали, что этот синдром лечится. Несмотря на поставленный диагноз, состояние ребенка стало быстро ухудшаться. Медики игнорировали критические показатели анализов крови (в норме С-реактивного белка до 5 миллиграмм на литр, а у Кости было - 238), поражение сердечно-сосудистой системы, наличие перикардиального выпота (больше 50 миллилитров). Оказалось, что у Костика был еще тромбоз (образование кровяного сгустка внутри сосуда), - рассказала мама мальчика.
Не берут больных детей. Анна вспоминает, что просила лечащего врача перевести сына в Кировскую областную детскую клиническую больницу. Однако ей отказали со словами: "Детей с рвотой и поносом туда не берут".
Костя уже был в предсмертном состоянии. Врачи убили все в организме сына антибиотиками. Рвота и диарея были вызваны побочными эффектами лекарств, а не отравлением. Из-за нехватки профессионального опыта провели консультацию с врачами из Российской детской клинической больницы - филиала РНИМУ им. Н. И. Пирогова. После кировские медики сообщили, что меня и сына "ждут" в областной больнице. Оказалось, это неправда.
Остановка сердца и пустой пост. 16 января Анна приехала с сыном в Кировскую областную детскую клиническую больницу. Больше часа жительница Котельнича просидела с больным ребенком в коридоре учреждения. Определили Костю в обычную палату.
Врачи не взяли на себя ответственность, не отправили ребенка в реанимацию и не стали делать операцию. Они оставили нас в обычной палате под наблюдением дежурного педиатра. И это при том, что во время ЭХО-КГ вечером 16 января они, вероятно, заметили признаки инфаркта. 17 января сын умер на моих руках. В момент остановки сердца на посту не оказалось ни одного медика.
Халатность. Анна и ее муж Олег потеряли долгожданного первенца:
Наш малыш прожил короткую жизнь. Он мог бы расти, развиваться и быть счастливым, если бы не халатность и равнодушие людей в белых халатах… Мы хотим, чтобы об этой истории узнал каждый. Чтобы виновные не смогли уйти от ответственности, прикрываясь медицинскими протоколами.
Анна Игошина поделилась, что следователи возбудили уголовное дело на 10-й день после смерти ребенка.
Создана следственная группа, дело взято на особый контроль. Обращались в Министерство здравоохранения России, но нас отправили в региональное отделение. Пришел ответ, что они запросят все медицинские документы у следственного комитета. Идет ли какая-то служебная проверка по линии Минздрава, нам неизвестно.
Усилия врачей. В Министерстве здравоохранения Кировской области после появления резонансной информации в соцсетях все-таки прокомментировали трагедию.
В ведомстве сообщили, что у ребенка диагностировали редкое заболевание: синдром Кавасаки.
Лечение организовали в полном соответствии с клиническими рекомендациями. Несмотря на все усилия врачей, спасти ребенка, к сожалению, не удалось.
В Минздраве отмечают, что причина возникновения патологии до конца не изучена:
У мальчика наблюдалось нетипичное, крайне редкое течение болезни, с отсутствием проявления характерных симптомов и с сохранением физической активности. Сотрудники медицинских организаций, которые принимали участие в лечение пациента, искренне разделяют боль и утрату.
Какое наказание? В пресс-службе СУ СК России по Кировской области заявили, что ведется расследование уголовного дела, возбужденного по статье "Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей". Виновным грозит лишение свободы на три года.
Ранее мы писали, что