О венграх, которых под Воронежем не брали в плен

Вообще-то, рассказ о нем уже был, три года назад, но все меняется, люди приходят, за всем успеть не всегда возможно. Так что повторимся.

Сначала немного истории.

Уже 27 июня 1941 г. венгерские самолеты бомбили советские погранзаставы и г. Станислав. 1 июля 1941 г. границу Советского Союза перешли части Карпатской группы общей численностью более 40 000 человек. Самым боеспособным соединением группы являлся Мобильный корпус под командованием генерал-майора Белы Данлоки-Миклоша.

В состав корпуса входили две моторизованные и одна кавалерийская бригады, части обеспечения (инженерные, транспортные, связи и др.). Бронетанковые подразделения имели на вооружении итальянские танкетки "Fiat-Ansaldo" CV 33/35, легкие танки "Toldi" и бронемашины "Csaba" венгерского производства. Общая численность Мобильного корпуса составляла около 25 000 солдат и офицеров.

К 9 июля 1941 г. венгры, преодолев сопротивление 12-й советской армии, продвинулись в глубь территории противника на 60-70 км. В этот же день Карпатская группа была расформирована. Горная и пограничная бригады, не поспевавшие за моторизованными частями, должны были выполнять охранные функции на захваченных территориях, а Мобильный корпус переходил в подчинение командующего немецкой группой армий "Юг" фельдмаршала Карла фон Рундштедта.

23 июля венгерские моторизованные части начали наступление в районе Бершадь-Гайворон во взаимодействии с 17-й немецкой армией. В августе под Уманью в окружение попала крупная группировка советских войск. Окруженные части не собирались сдаваться и предпринимали отчаянные попытки прорвать кольцо окружения. Венгры сыграли едва ли не решающую роль в разгроме этой группировки.

Венгерский Мобильный корпус продолжал наступление вместе с войсками 11-й немецкой армии, участвуя в тяжелых боях под Первомайском и Николаевом. 2 сентября немецко-венгерские войска овладели после ожесточенных уличных боев Днепропетровском. Жаркие сражения разгорелись на юге Украины в Запорожье. Советские войска неоднократно наносили контрудары. Так в ходе кровопролитного боя на острове Хортица был полностью уничтожен целый венгерский пехотный полк.

В связи с ростом потерь уменьшился воинственный пыл венгерского командования. 5 сентября 1941 г. генерал Хенрик Верт был снят с должности начальника Генштаба. Его место занял пехотный генерал Ференц Сомбатхельи, полагавший, что пора сворачивать активные боевые действия венгерских войск и отводить их для защиты границ. Но добиться этого от Гитлера удалось, лишь пообещав выделить венгерские части для охраны линий снабжения и административных центров в тылу немецкой армии.

Тем временем Мобильный корпус продолжал сражаться на фронте, и только 24 ноября 1941 г. в Венгрию отправились последние его части. Потери корпуса на Восточном фронте составили 2700 человек убитыми (в т.ч. 200 офицеров), 7500 ранеными и 1500 пропавшими без вести. Кроме того, были потеряны все танкетки, 80% легких танков, 90% бронеавтомобилей, более 100 автомашин, около 30 орудий и 30 самолетов.

В конце ноября на Украину стали прибывать "легкие" венгерские дивизии для выполнения полицейских функций на оккупированных территориях. В Киеве разместился штаб венгерской "Оккупационной группы". Уже в декабре венгры стали активно привлекаться для проведения антипартизанских операций. Порой такие операции превращались в весьма серьезные по своим масштабам боевые столкновения. Примером одной из таких акций может служить разгром 21 декабря 1941 г. партизанского отряда генерала Орленко. Венграм удалось окружить и полностью уничтожить базу врага. Согласно венгерским данным было убито около 1000 партизан.

В начале января 1942 г. Гитлер потребовал от Хорти увеличить число венгерских частей на Восточном фронте. Первоначально планировалось направить на фронт не менее двух третей всей венгерской армии, но после переговоров немцы уменьшили свои требования.

Для отправки в Россию была сформирована 2-я венгерская армия общей численностью около 250 000 человек под командованием генерал-лейтенанта Густава Яня. В ее состав вошли 3-й, 4-й и 7-й армейские корпуса (в каждом- три легких пехотных дивизии, аналогичные 8 обычным дивизям), 1-я танковая дивизия (фактически — бригада) и 1-е авиасоединение (фактически полк). 11 апреля 1942 г. на Восточный фронт отправились первые части 2-й армии.

28 июня 1942 г. немецкие 4-я танковая и 2-я полевая армии перешли в наступление. Их главной целью являлся г. Воронеж. В наступлении участвовали войска 2-й венгерской армии — 7-й армейский корпус.

9 июля немцам удалось ворваться в Воронеж. На следующий день южнее города к Дону вышли и закрепились венгры. В ходе сражений только одна 9-я легкая дивизия потеряла 50% своего личного состава. Немецкое командование поставило задачу перед 2-й венгерской армией ликвидировать три плацдарма, оставшихся в руках советских войск. Самую серьезную угрозу представлял Урывский плацдарм. 28 июля венгры предприняли первую попытку сбросить его защитников в реку, но все атаки были отбиты. Разгорелись ожесточенные и кровопролитные бои. 9 августа советские части нанесли контрудар, оттеснив передовые подразделения венгров и расширив плацдарм под Урывом. 3 сентября 1942 г. венгерско-немецким войскам удалось отбросить противника за Дон у села Коротояк, но в районе Урыва советская оборона держалась. После того как основные силы вермахта были переброшены в Сталинград, фронт здесь стабилизировался и бои приняли позиционный характер.

13 января 1943 г. по позициям 2-й венгерской армии и Альпийского итальянского корпуса нанесли удар войска Воронежского фронта при поддержке 13-й армии Брянского фронта и 6-й армии Юго-Западного фронта.

Уже на следующий день оборона венгров была прорвана, некоторые части охватила паника. Советские танки вышли на оперативный простор и громили штабы, узлы связи, склады боеприпасов и снаряжения. Ввод в бой 1-й венгерской танковой дивизии и частей 24-го немецкого танкового корпуса не изменил ситуацию, хотя их действия замедлили темп советского наступления. В ходе сражений в январе-феврале 1943 г. 2-я венгерская армия понесла катастрофические потери.

Были потеряны все танки и бронемашины, фактически вся артиллерия, уровень потерь по личному составу достиг 80%. Если это не разгром, то сложно вообще как-то это еще назвать.

Наследили венгры здорово. Сказать, что их ненавидели больше, чем немцев — это не сказать ничего. Сказка о том, что генерал Ватутин (низкий ему поклон и вечная память) отдал приказ «венгров в плен не брать» — абсолютно не сказка, а исторический факт.

Николай Федорович не смог остаться равнодушным к рассказам делегации жителей Острогожского района о зверствах венгров, и, может быть, в сердцах, бросил эту фразу.

Однако фраза разнеслась по частям молниеносно. Свидетельство тому рассказы моего деда, бойца 41 сп 10-й дивизии НКВД, а после ранения — 81 сп 25 гв. стр. дивизии. Бойцы, будучи в курсе того, что творили венгры, восприняли это как некую индульгенцию. И поступали с венграми соответственно. То есть, в плен не брали.

Ну а если по словам деда, были «особо умные», то с ними тоже разговор был короткий. В ближайшем овражке или лесочке. «Подкалывали мы их… При попытке к бегству».

В итоге сражений на Воронежской земле 2-я венгерская армия потеряли около 150 тысяч человек, фактически всю технику. То, что осталось, было раскатано уже на земле Донбасса.

Сегодня на территории Воронежской области существует два массовых захоронения венгерских солдат и офицеров.

Это село Болдыревка Острогожского района и село Рудкино Хохольского.

В Болдыревке похоронено более 8 тысяч солдат гонведа. Там мы не побывали, но к 75-летию Острогожско-Россошанской операции обязательно посетим. Равно как и городок Коротояк, название которого в Венгрии известно фактически каждой семье. Как символ скорби.

А вот в Рудкино заехали.

Мемориал всегда закрыт, его открывают только когда приезжают делегации из Венгрии. Но для летательных аппаратов преград нет, и мы задействовали дрона.

Сколько здесь лежит венгров, сказать сложно. На каждой плите — 40-45 фамилий. Сколько плит, сосчитать можно, но сложно. Я попробовал. Получилось, что здесь приблизительно от 50 до 55 тысяч упокоено. И плюс 8,5 тысяч в Болдыревке.

Где остальные? А все там же, по берегам Дона-батюшки.

Мораль тут проста: кто к нам с мечом придет, тот все равно загнется.

Некоторым неприятно, что вот так существуют кладбища венгров, немцев, итальянцев. Ухоженные такие.

Но: мы, русские, с мертвыми не воюем. Венгерское правительство содержит (пусть и нашими руками) кладбища своих солдат. И ничего в этом такого зазорного нет. Все в рамках двустороннего межправительственного соглашения о содержании и уходе за воинскими захоронениями.

Так что пусть лежат венгерские вояки, под мраморными плитами, в довольно красивом уголке излучины Дона.

Как назидание тем, кому вдруг еще в голову придет глупость несусветная.