Как Театр оперы и балета за тремя «Золотыми масками» ездил
«Мы успели заскочить в последний вагон», — сказал на пресс-конференции по поводу награждения спектакля «Сияющий камень» сразу тремя «Золотыми масками» директор Театра оперы и балета Владислав Левочкин, пояснив, что со следующего года – новое положение, по которому личных номинаций – лучший режиссер, актер и так далее – не будет. Только «Лучший спектакль». Чтобы получить несколько «Масок», нужно будет подавать несколько спектаклей.
«Напролом»
Триумф получился во всех смыслах исторический.
— Победа национального балета — событие не только для театра, для искусства, но и для всей республики — то, что мы делаем у себя, приобретает общероссийское значение. Но никто не надеялся получить сразу три «Маски» – почти половину номинаций, ведь в конкурсе принимала участие вся театральная Россия, — продолжил Левочкин, а заслуженный деятель искусств республики, автор Гимна РС(Я), композитор Кирилл Герасимов добавил: «Мэтр на мэтре».
— Когда мы выезжали, я сказал: «Надо идти напролом». И все отработали на 200%. 110 человек – почти вся балетная труппа, весь оркестр, артисты Театра Олонхо, создавшие особое измерение и придавшие спектаклю космичность. Пришлось даже монтировщиков везти с собой, потому что технически это очень сложный спектакль – много чего по ходу действия появляется, исчезает, потом снова возникает как бы ниоткуда, и сделать это как полагается могут только знающие люди.
Но в первую очередь это победа Екатерины Лаврентьевны Тайшиной. Это была ее идея и мечта – создать спектакль, в котором сочетается классическое искусство, этнические мотивы и современная хореография.
Впервые в мире
— Я давно мечтала создать нечто такое, чего не было ни в республике, ни в России, ни в мире, — сказала Екатерина Тайшина. – Выйти за рамки классики и сделать это в национальном стиле. И мне давно хотелось поработать с музыкантами Театра Олонхо. Этот национальный колорит – национальная музыка в синтезе с классической — обогатил наш спектакль.
— Впервые в мире в балетном спектакле зазвучали национальные инструменты, а артисты Театра Олонхо были не просто аккомпаниаторами, а полноценными участниками спектакля, — заметила заместитель министра культуры и духовного развития РС(Я), заслуженная артистка России Марина Силина.
— Он не был запланирован, не был прописан по госзаданию, — продолжила Екатерина Тайшина, — и когда мне пришла эта идея, я обратилась к нашему директору Владиславу Валерьевичу, художественному руководителю Павлу Андреевичу Васьковскому и композитору Кириллу Афанасьевичу Герасимову. Хочу поблагодарить их за доверие, за согласие сделать это здесь и сейчас.
Идея либретто родилась на лестничной площадке, и уже на следующий день Владислав Валерьевич принес мне его. Музыка была написана за лето. Артисты Театра Олонхо с удовольствием согласились работать, не спрашивая про оплату, про договор, и мы какое-то время работали, когда не было уверенности, что этот балет вообще будет существовать.
У нас собралась команда, с которой действительно можно было идти на «Золотую маску»: художник по костюмам Сардана Федотова, сценограф Михаил Егоров, видеоинженер Николай Ефремов. И самый лучший балетный костяк.
«Не слыша ритма»
Но эту команду мечты на пути к вершине подстерегали все мыслимые и немыслимые преграды.
— Ехали мы на внебюджетные средства, вложив все свои доходы и даже набрав долгов, — поведал Владислав Левочкин, отдельно отметив и поблагодарив Главу РС(Я) Айсена Николаева, который «очень помог в самом начале», АК АЛРОСА и ее генерального директора Павла Маринычева – несмотря на имеющиеся по понятным причинам трудности, компания поддержала театр с софинансированием спектакля (50 на 50) и оплатой проезда.
Но главным испытанием стала сцена Театра Российской армии – самая большая в Европе, где можно показать аж танковое сражение или кавалерийскую атаку. Декорации пришлось шить заново – в увеличенном формате. А 22 наших артиста должны были заполнить собой это «поле боя» — всё в щелях от гусениц хоть и бутафорских, но танков, и прочей «техники». Эксперты и критики прямо спрашивали Екатерину Тайшину: «А почему здесь, на совершенно не балетной сцене?» Но это было полбеды. Из-за акустики артисты балета не слышали ритма!
— На репетиции приходилось постоянно бегать из зала к звукооператору, чтобы координировать работу, — вспоминает композитор Кирилл Герасимов. – И, кстати, сцена там большая, а яма – маленькая, рассчитанная на духовой оркестр из 36 человек, а у нас — около 60-ти. Хорошо, что при заказе балета меня предупредили: «Он на камерный состав, для выездов». Но, не в претензию будь сказано, по содержанию в этот балет «просился» тройной-четверной состав оркестра, а хотелось бы вообще вагнеровский…
«Вопреки всему»
Эту, теперь уже легендарную, репетицию перед показом Кирилл Афанасьевич назвал «беспощадной»:
— На месте артистов я бы после такой репетиции назавтра не встал. Зато потом был самый лучший показ. Член жюри, дирижер очень высокого уровня Евгений Волынский был доволен оркестром, особо отметив трубу – выпускницу ВШМ Анастасию Никулину, даже спросил: «Кто это у вас такой трубач?».
— Мы сумели приноровиться к очень сложной сцене, выдав вопреки всему лучший показ «Сияющего камня», — подтвердила Екатерина Тайшина. — И как же нас принимала Москва! Они были восхищены и нашими артистами, и вообще всем. А далее мы поехали в Челябинск, где открыли Международный балетный фестиваль в честь Екатерины Максимовой и тоже произвели фурор. В Казани, где прошла церемония награждения «Золотой маски», нам уже передавали, что Челябинск болеет за нас. Да, на этой церемонии чувствовалось особое пристальное внимание к нам и большой интерес.
«Попала в историю»
Но до Казани надо было еще добраться – в столице Татарстана как раз в эти дни закрывали небо из-за опасности атак БПЛА. К слову, с труппой была съемочная группа, и со временем должен выйти документальный фильм об этой исторической поездке. С учетом всего вышесказанного, смотреться он явно будет не хуже триллера.
— Не все номинанты доехали, – заметил Владислав Левочкин. – И наша исполнительница главной партии Мария Кузьмина столкнулась с переносом рейса на сутки и добиралась из другого порта, другим рейсом.
В то, что она станет лауреатом «Золотой маски», Мария до конца не верила. Но в одном была уверена с самого начала:
— Мне нравится работать с Екатериной Лаврентьевной. Мне нравятся эти сложные поддержки, сложная техника. Каждый раз сама себе бросаешь вызов: справлюсь или нет? И конечно, у меня прекрасные партнеры – Сарыал Афанасьев, Валерий Аргунов, моя свита. Благодаря им всем попала теперь в историю театра, республики…
— Страны, — добавили присутствующие.
И такой подарок себе и всем нам Мария Кузьмина сделала на десятилетие своего выпуска из Якутской балетной школы, а по сути – на двойной юбилей.
— В этом году исполнилось 30 лет нашей балетной школе, которую в разное время закончила практически вся балетная труппа театра, включая Екатерину Тайшину и Марию Кузьмину, — напомнила Марина Силина. – Эта победа — результат последовательной и планомерной работы.
С тойуком в финале
— Они все выросли на моих глазах — малыши времен Екатерины, — улыбается Кирилл Герасимов (а это нечасто можно увидеть!). – Я и Катю помню вот такой малышкой, и меня радует, что мы достигли такого результата. У нас с Екатериной Лаврентьевной это четвертый балет, и за это время я выработал режим – ложусь в девять вечера, встаю в четыре-пять и до девяти утра работаю. Благодарен судьбе за возможность сотрудничать с таким талантливым хореографом, балериной.
Кстати, идея ввести в финал тойук-благословение Аан Алахчын Хотун тоже принадлежит ей — она убедила меня, что это будет к месту, и наша прима Екатерина Корякина украсила постановку своим голосом.
— То, что в балетном спектакле звучал тойук в переводе Майи Власьевой, тоже неслучайно. Наш эпос – многогранный, — отметила Марина Силина. — Екатерина Корякина сказала мне, что счастлива быть причастной к этой победе — победе всего театра. А его первая «Золотая маска» – спецприз жюри 2009 года за оперную дилогию «Александр Македонский» и «Кудангса Великий» — была ступенькой к ней.
«Не останавливаться на достигнутом»
Под самый занавес осталось рассказать о третьей «Золотой маске» — художника по свету Ивана Шандровского, которую наши люди даже получать не вышли, убежав фотографироваться с первыми двумя – за лучший спектакль и лучшую женскую роль — решив, что «третьего не дано». А художник до сих пор радуется, что ему не пришлось толкать со сцены речь. Он и на пресс-конференции был немногословен:
— Шикарная постановка «Нюргуна Ботура» отняла у меня столько сил, что я хотел отказаться от работы над «Сияющим камнем». Но Екатерина Лаврентьевна меня убедила. Спасибо ей, что никогда не дает мне расслабляться, — и стал увлеченно говорить о работе над одной из фишек постановки – проекционном голографическом экране, над которым «работали всем миром».
В этом месте Екатерина Тайшина с восторгом упомянула об экскурсии, которую специально для них гостеприимные хозяева провели по новому зданию казанского Театра Камала:
— Какие там технологии – просто мечта! Надеюсь, что у нас тоже когда-нибудь будет такой замечательный театр.
В этом месте все присутствующие дружно вздохнули. Может, и правда когда-нибудь дождемся?
Пока же…
— Там к нам уже подходили с приглашениями, и такой популярностью нужно воспользоваться, — говорит Владислав Левочкин.
А Екатерина Тайшина уверена:
— Наша задача – не останавливаться на достигнутом и поднимать свою планку все выше и выше.