Второй фронт мог быть открыт на севере Норвегии и Финляндии уже в 1941 году, вблизи советского фронта в Заполярье. Но в Лондоне отказались...
Более того: Великобритания и ее доминионы объявили войну Финляндии только 6 декабря 1941 г., хотя финны участвовали в «Барбароссе» с конца июня 1941 г. и преследовали норвежских партизан с июня 1940 г. Норвегия, напомним, была оккупирована вермахтом с косвенной поддержкой от Суоми в апреле – начале июня 1940-го.
Зато США «в конце июня 1941 г. поздравили финнов с начавшимся восстановлением территориальной целостности (оккупация советской баренцевой Печенги, большей части советской Карелии, северной части Карельского перешейка. – Прим. ред.), и в дальнейшем стороны официально не воевали» (!). А дипотношения были прерваны только 30 июня 1944 г. При том что войска США, Великобритании и Канады уже с середины апреля 1940 г. – начала марта 1941 г. контролировали датские Исландию, Гренландию, Фарерские острова, норвежский о. Ян-Майен (между Исландией и Гренландией) и ряд прибрежных пунктов на юге и западе норвежского Шпицбергена...
С учётом такой военно-политической географии была вполне реальная возможность открыть второй фронт в провинции Финнмарк на севере Норвегии и соседнем баренцевом побережье Финляндии (Печенга, фин. Петсамо) в соприкосновении с советским фронтом в Заполярье – вблизи Мурманска – Медвежьегорска. С учётом военной географии это, во-первых, вывело бы из войны Суоми, а во-вторых, привело бы к освобождению северной и частично центральной Норвегии. Кроме того, эти союзнические действия обеспечили бы безопасность союзнических ленд-лизовских конвоев, следовавших в Мурманск, Кандалакшу, Молотовск (с 1957 г. Северодвинск) и Архангельск. К слову, разгром конвоя PQ-17 в июле 1942 г. – следствие отказа Лондона открыть второй фронт в северных широтах и фактически «проманнергеймовской» политики США.
Вторжение финнов в Советскую Карелию
О двуличии Лондона насчет фронта в том регионе свидетельствует и переписка Черчилля со Сталиным: 8 июля 1941 г. сэр Уинстон пишет: «...по моему желанию Адмиралтейство подготовило серьезную операцию, которую оно предпримет в ближайшем будущем в Арктике, после чего, я надеюсь, будет установлен контакт между британскими и русскими военно-морскими силами. Тем временем в операциях у норвежских берегов мы перехватили различные транспортные пароходы, направлявшиеся на север против Вашей страны».
В свою очередь, Сталин отвечает в Лондон 18 июля: «...военное положение Советского Союза, равно как и Великобритании, было бы значительно улучшено, если бы был создан фронт против Гитлера и на Севере (Арктика). Еще легче создать фронт на Севере. Здесь потребуются только действия английских морских и воздушных сил без высадки войскового десанта, без высадки артиллерии. В этой операции примут участие советские сухопутные, морские и авиационные силы. Мы бы приветствовали, если бы Великобритания могла перебросить сюда около одной легкой дивизии или больше норвежских добровольцев, которых можно было бы перебросить в Северную Норвегию».
На это 21 июля следует: «...нам следует обратить наши взоры на Север. Военно-морской штаб в течение прошедших трех недель подготавливал операцию, которую должны провести самолеты, базирующиеся на авианосцы, против германских судов в Северной Норвегии и Финляндии, надеясь таким образом лишить врага возможности перевозить войска морем для нападения на Ваш фланг в Арктике. Мы направляем некоторое число крейсеров и эсминцев к Шпицбергену, откуда они смогут совершать нападения на неприятельские пароходы сообща с Вашими военно-морскими силами. Мы посылаем подводные лодки для перехвата германских транспортов вдоль арктического побережья, хотя при постоянном дневном свете такие операции особенно опасны. Мы посылаем минный заградитель с различными грузами в Архангельск. Это самое большое, что мы в силах сделать в настоящее время».
Как мы видим, Черчилль фактически отказывается от своего же предложения открыть в Арктике второй фронт, что совершенно ясно и из нижеследующего пассажа: «...Норвежской легкой дивизии не существует (якобы... – Прим. ред.), и было бы невозможно при постоянном дневном свете, не обеспечив заранее достаточного прикрытия со стороны самолетов-истребителей, высадить войска, будь то британские или русские, на занятую немцами территорию. Мы познали горечь неудач в Намсосе в прошлом году и на Крите в этом году, пытаясь осуществить подобные операции» (имеются в виду поражения британско-канадских десантов в центральной Норвегии и на греческом Крите в мае 1940 и мае 1941 гг. – Прим. ред.).
30 июля 1941 года британцы провели воздушный налёт с авианосца HMS Furious на финский Петсамо (Печенга), а также на немецкие и финские торговые суда в его баренцевой гавани (Лиинахамари), чем и ограничилось. В дальнейшем тема второго фронта в данном регионе западными союзниками не упоминалась...
Что же касается политики США в «треугольнике» Вашингтон – Хельсинки – Москва, она проводилась в логике всё того же «союзнического» иезуитства. Например, 21 января 1943 года временный поверенный США в Суоми Р. Макклинток призвал президента Финляндии Ристо Рюти присоединиться к союзным силам, чтобы не допустить советские войска ближе, чем они находятся на фронте с Финляндией. Рюти ответил, что, похоже, советские войска будут истощены до приближения к Финляндии. Характеризуя контакты с США, финский лидер отметил, что он впервые услышал официальное мнение США о том, что Финляндия не должна заключать сепаратный мир Россией, потому что это не отвечает интересам союзников. Рюти считал, что США не оставят Финляндию для завоевания Советами, так как в это время в Суоми считалось, что отношения между США и СССР с начала 1944 г. начинают ухудшаться.
По мнению тогдашнего госсекретаря США К. Хэлла, финны ожидали, что американская высадка в Финнмарке-Петсамо послужит страховкой от угрозы ввода советских войск в Финляндию: она хотела получить от США гарантии своей независимости от Советского Союза. В связи с чем военный атташе США в Лиссабоне Сольберг убеждал поверенного в делах Финляндии Похьянпало, что сепаратный мир между Финляндией и СССР не будет служить интересам союзных войск в долгосрочной перспективе.
С учетом этих факторов была сформирована к концу 1943 г. «неофициальная» программа Хельсинки: Финляндия не должна спешить заключить сепаратное мирное соглашение с Советским Союзом; финская армия должна быть в хорошей форме; Финляндия не должна нервничать, если США разрывают с ней дипотношения. Плюс к тому в Лондоне вынашивались в 1944-м планы захвата Финнмарка с Петсамо, чтобы утвердиться в Баренцевом бассейне и овладеть в том прибрежном районе крупными запасами никелевой руды.
Но не случилось: Петсамо-Киркенесская операция советских войск в октябре 1944 г. привела к освобождению Печенги и почти всего Финнмарка, поставив тем самым заслон проектам «союзнической» высадки в данном регионе. Политика же партнёров Москвы по Антигитлеровской коалиции в отношении Финляндии, воюющей вместе с Германией против СССР, была обусловлена долгосрочной линией на противостояние Советскому Союзу по всем фронтам в ходе начатой уже в 1945 году холодной войны.