Чехия — славяне в германском мире
Чехи относятся к числу западных славян в одном ряду с поляками. Но у поляков есть шутка, в которой лишь доля шутки: «Как отличить поляка от чеха? Назови его немцем — поляк полезет в драку, а чех будет польщён...». В принципе, так и есть: из всех славян немцы «своими» считают именно чехов...
Территория современной Чехии в старину называлась Богемией и Моравией (впрочем, славянские племена, впоследствии взявшие себе имя чехов, жили и на части территории современной Австрии). История чешской государственности своей древностью могла бы вызывать дикую зависть у всех остальных славян: первое государство некоего Само (то ли франка, то ли славянина — неясно) появилось здесь аж в 623 году! До появления Руси и Польши было ещё лет двести с хвостиком.
Богемия названа по имени то ли кельтского, то ли германского племени бойев. Когда бойи, а также жившие рядом с ними маркоманы, квады и прочие германцы ушли в поход на Римскую империю, на освободившееся место пришли славяне. Объединились они против аваров, но союз оказался настолько сильным, что умудрились отбиться и от франков, нанеся им крупное поражение в трёхдневной битве при Вогастибурге в 630 году. Государство Само просуществовало недолго, что для варварских королевств времён Великого переселения народов — норма. Но опыт был получен, и на его месте появилась новая держава — Великая Моравия.
Первый документально подтверждённый славянский князь, что упоминается в западноевропейских источниках (в 822 году), имел имя «не взлетевшей» социальной сети от «Мейл.ру» — Моймир I. И правил он именно в Великой Моравии. Моймир первым крестил предков чехов при содействии баварских священников, но с первого раза крещение у славян не прижилось. Пришлось перекрещивать заново прибывшим в 863 году братьям Кириллу и Мефодию, тем самым, что славянскую азбуку создали. Собственно говоря, именно для просвещения тогдашних чехов они её и придумали.
Уже в истории с крещением прослеживается борьба между Византией и Римом за славянские земли. Кирилл с Мефодием были греками, но территория находилась в зоне влияния Рима, и учителям славянским пришлось просить разрешения на работу у римского папы Николая I: король восточных франков Людовик II Немецкий заставил племянника Моймира Ростислава прогнать греков и вернуть баварцев. Братья съездили к папе и получили от него «добро», лишь после этого славяне были крещены заново — по греческому обряду. Раскол между восточной и западной церквями ещё не произошёл, но разница в обряде уже была. А главное, была разница в подходе: баварские священники вели службу на латыни, а греки — на славянском языке.
Вмешательство в дела чехов Людовика Немецкого не было чем-то необычным: в дела Великой Моравии немцы вмешивались на постоянной основе. Интересы чешских князей и немецких королей оказались переплетены настолько сильно, что они регулярно воевали: то друг против друга, то совместно с вторгшимися завоевателями со стороны — теми же венграми.
Объединились в единое христианское государство чехи в 884 году: чешский сейм не признал власть принявшего от Мефодия крещение князя Борживоя, но тот победил войско сейма и возвёл на поле, где тот собирался, Пражский Град, на территории которого поставил церковь. Церковь «греческого обряда»!
От франков чехам удалось отбиться, но... Случилось то же, что и на Руси: «восстал род на род» и сыновья Борживоя сами отправились в Регенсбург, где принесли вассальную присягу королю восточных франков Арнульфу. Тот назначил чехам своего латинского епископа. Но греческий обряд сохранялся в Чехии ещё долго — до XI века! Только в 1097 году православных монахов в пражском Сазавском монастыре сменили бенедиктинцы.
Собственно говоря, даже не вдаваясь в подробности смены чешских князей, а затем и королей (первым королём стал Вратислав II в 1086 году), можно сказать, что в церковном отношении чехи всегда стояли немного наособицу. И это важно для понимания дальнейшей истории этой страны. Пока же стоит отметить два момента.
Первый — в 1241 году чехи короля Вацлава I вместе с войсками герцогов Австрии и Каринтии остановили продвижение монголов на Запад, что укрепило положение королевства.
Второй — в 1253 году на престол взошёл самый неординарный из чешских королей Оттокар II Пржемысл. Этот правитель, чьи владения простирались от Балтики до Адриатики, стал претендовать на императорскую корону, то есть корону Священной Римской империи германской нации. Как видно, славян чехов уже на тот момент от «германской нации» не сильно отличали (но, как покажет будущее, отличали!). Собственно говоря, сам Оттокар был большим поклонником германских обычаев, традиций и образа жизни. Кстати, немецкое название сегодняшнего Калининграда — Кёнигсберг, Королевская гора — дано в честь именно этого короля: он помог магистру Тевтонского ордена разгромить восставших пруссов и получил своеобразную благодарность за это. Оттокар проиграл свою главную битву Рудольфу Габсбургу на Моравском поле, погиб, и правящей династией в империи стали Габсбурги, а не Пржемысловичи.
Нельзя сказать, что чехи не сопротивлялись германизации. Это сопротивление приняло религиозный характер. Помните, что в церковном отношении чехи были себе на уме? После появления в 1348 году в Праге своего университета местные студенты и преподаватели быстро наладили связи с Оксфордом. И идеи английского богослова-диссидента Джона Уиклифа чехам зашли очень хорошо! А в 1401 году они нашли в Богемии отличного проводника — Яна Гуса. Гус стал «протестантом до Лютера», и его проповеди нашли отклик среди пражан. Пан Ян начал писать, проповедовать и вести службы по-чешски, разработал систему диакритических знаков над латинскими буквами, создав чешскую орфографию.
Немцам это сильно не нравилось, кончилось всё сожжением Гуса как еретика, но то, что виделось как конец, стало только началом. Чехи решили, что неправый суд и казнь Гуса были совершены из-за его национальности, и понеслось! Когда немцы-католики по требованию императора сменили на церковных кафедрах чехов-гуситов, те удалились на гору Фавор (Табор по-чешски) в 100 км от Праги. Там они продолжили проповедовать, причём с большим успехом, а гору обнесли укреплениями. В самой Праге после смерти 16 августа 1419 года короля Вацлава IV начались волнения, которые привели к появлению типично чешской национальной забавы — дефенестрации. Семь немцев, членов пражской ратуши, выбросили из окон, после чего убили.
Император Сигизмунд был братом короля Богемии, после смерти Вацлава он стал его наследником, что не устроило чехов. 1 марта 1420 года против гуситов был объявлен крестовый поход, но, как выяснилось, разбить войско религиозно заряженных чехов — не самая простая задача. Армия императора осадила Витковую гору, на которой укрепились табориты под командованием Яна Жижки, но взять гору штурмом у имперских рыцарей не вышло, бойцы Жижки контратаковали, а в спину крестоносцам ударило подоспевшее вовремя пражское ополчение. Потом Сигизмунд потерпел поражение под Вышеградом, и Богемия с Моравией оказались в руках гуситов.
Гуситские войны были гражданскими войнами в рамка империи. Чехам удалось в них победить и сохранить свою нацию. Более того, неудачи крестовых походов против гуситов (а их было пять) и удачные действия самих гуситов заставили пойти на достаточно мягкие условия мира. Сигизмунд был признан королём Богемии, формально чехи вернулись в лоно римско-католической церкви, но право мирян на причащение вином и хлебом было признано папой. Гусизм был признан земской конфессией в Чешском королевстве, а королём был избран Йиржи из Подебрад — один из гетманов умеренных гуситов.
Надо сказать, что Чехия не просто быстро развивалась — Прага на время стала имперской столицей. Император Рудольф II любил этот город и предпочитал жить именно здесь. При нём Прага стала той самой Златой Прагой — одним из красивейших (и богатейших!) городов Европы. Он принял план, разработанный папским нунцием Филиппо Спинелли по вытеснению из страны протестантов. Новых религиозных привилегий император чехам не давал, но и старых не отнимал. А вот чешских католиков всемерно поддерживал. И пригласил в Прагу иезуитов, занявшихся воспитанием молодого поколения чешской элиты. В результате нация оказалась разделена по религиозному признаку на католиков и «чешских братьев» — тоже католиков, но с местными особенностями.
А потом была реформация и контрреформация... После выступления Мартина Лютера и его требований церковной реформы немецкие протестанты начали требовать себе «чешского исповедания», а сами чехи перестали довольствоваться правами земской конфессии в рамках католической церкви. Назревал гнойник, который не мог не лопнуть.
Началось всё с антигабсбургского восстания в Праге в 1618–1620 годах. Католические паны, воспитанные иезуитами, начали изгонять из своих владений последователей Лютера. Для помощи в проведении этой политики в королевство была введена армия эрцгерцога Леопольда Фердинанда. В ответ в Праге прошли погромы католических монастырей. Союзником чешских сословий стал брат императора эрцгерцог Матиаш. Совместными силами сословий и эрцгерцога армию Леопольда Фердинанда вытеснили из Чехии, а император был вынужден признать Матиаша королём Матиашем II Габсбургом. Вот только Матиаш был католиком, а значит, не вполне устраивал местных протестантов.
В общем, поскольку своих детей у Матиаша II не было, он своим наследником назначил кузена — эрцгерцога Фердинанда Штирийского. Фердинанд был воспитан иезуитами и, соответственно, веротерпимостью не отличался. Тем не менее сословия согласились на него в качестве наследника престола и будущего короля. Но Фердинанд решил, что, для того чтобы начать править, не нужно ждать смерти Матиаша. Он направил в Прагу двоих советников, Вилема Славу из Хлума и Ярослава Боржиту из Мартинице, католиков, само собой. Но местные протестанты решили вновь организовать советникам местную национальную забаву — дефенестрацию. Советников вместе с секретарём выбросили из окон дворца с высоты 17 метров (внизу была куча навоза, так что все выжили, но пахли после этого...). Случилось это 23 мая и вошло в историю как Пражская весна. Да, в 1968 году этот термин не изобрели, а просто от пыли отряхнули.
Пражская весна положила начало жуткому конфликту, распространившемуся почти на всю Европу (а косвенно затронувшему не только её, но и соседей) и получившему название Тридцатилетняя война. В восстание постепенно втянулись все германские князья. Вместо Фердинанда сословия выбрали королём Фридриха Пфальцского, который первым делом начал собирать армию в протестантских княжествах империи, командовать которой был назначен принц Кристиан Ангальтский. Между тем в 1619 году умер Матиаш, и в следующим году императором стал Фердинанд. А в Чехию направилась армия имперского фельдмаршала Карла Бонавентура де Бюкуа.
Две армии сошлись при Белой горе в четырех километрах от Праги. Протестанты выбрали хорошую позицию: правый фланг армии Кристиана был прикрыт ручьём, на берегу которого располагался охотничий замок Звезда, левый — крутым склоном, перед фронтом был болотистый луг, также пересекавшийся ручьём, который можно было преодолеть по узкому мосту. А на подходе был семитысячный отряд отличной венгерской конницы Габора Бетлена, который мог решить исход боя. Протестантам нужно было продержаться только до его подхода, но... Жадность — один из самых опасных человеческих пороков!
Кристиан Ангальтский понимал, что если его солдаты построят на позиции полевые укрепления, то она из хорошей превратится в неприступную. Вот только шанцевого инструмента не было! Лопаты с кирками солдаты оставили, совершая форсированный марш к Праге. И Кристиан отправил в городскую ратушу требование выделить необходимое количество шанцевого инструмента. Вот только необходимое количество лопат стоило 600 талеров, а для выделения вышеназванной суммы требовалось собрать городской совет. В общем, богатейший город империи выделить смешные деньги на свою защиту не смог.
Утром 8 ноября 1620 года имперские войска стали переправляться через ручей по мосту и строиться в испанский боевой порядок, терциями — квадратными колоннами из пикинеров с рукавами — «мангас» из мушкетёров. Ожидавшая их на позициях армия протестантов выстроилась по модной голландской методе — в линии глубиной не более восьми шеренг. Такой способ ведения боевых действий был хорош, но требовал вымуштрованного до автоматизма личного состава, а не новобранцев, каковые были в армии Кристиана.
Первыми атаковали протестанты — кавалерия первой линии левого крыла ударила на имперские терции, но не смогла остановить их медленное движение. Вторая атака тоже оказалась безрезультатной. Третью линию повёл в бой сын Кристиана Ангальтского — Кристиан Младший. Ему удалось достичь частичного успеха, но контратака польских наёмников-казаков опрокинула отряд венгерской конницы и на её плечах ворвалась на позиции протестантов.
Фридрих и Кристиан Ангальтский бежали, армия протестантов капитулировала. Католическая армия, войдя в Прагу, грабила город неделю. А Чехия потеряла независимость. Следующие 300 лет ей предстояло быть провинцией империи...
Фёдор Ступин,