Звезда сериала «Акушер» Никита Панфилов рассказал о семейных тайнах
Яркое солнце, заснеженный морозный Нижний, набережная Федоровского – идущие по мосту прохожие стараются не помешать съёмочной группе. «Смотри, это же Никита Панфилов! Точно! Неужели новый сезон «Акушера» снимают? Может, автограф попросим? Я стесняюсь… Да ты что, он такой классный, он не откажет», – переговаривается семейная пара с детьми. И он действительно не отказал: и поклонникам в автографе, и в совместном фото, и нам в интервью, в котором приоткрыл завесу тайны над новыми приключениями своего героя и над собственной жизнью. На том же месте Съёмки третьего сезона, как и раньше, идут в Дзержинске и Нижнем Новгороде. В новых сериях главный герой вернётся к работе хирурга, закроет гештальты и погрузится в водоворот очередных опасных приключений.
– Никита, в последней серии второго сезона ваш герой славно съездил в столицу и всё разрулил. Хеппи-энд, финал, точка – и вдруг третий сезон!
– Действительно, сезон закончился, наши победили. Но вспомните пациентку, что несправедливо попала в тюрьму. Правда должна восторжествовать. В новом сезоне её обидчики ответят за свои поступки. У моего героя, Глеба Каверина, появятся новые антагонисты, всё будет по-другому, надеюсь, интересно. Вернётся и один старый, но пока не скажу – кто!
– Второй сезон удивил зрителей некоторой фантастичностью. Ловить преступников на мнимую смерть пациентки – это лихой поворот. Что ждать на этот раз?
– Конечно, в чём-то это сказка, но в жизни бывает и не такое. Когда мы снимали первый сезон, я искал похожие случаи в акушерстве, и самые страшные, что мы показали, были в жизни. К примеру, как женщина в безвыходной ситуации сама себе сделала кесарево сечение и спасла ребёнка. Это в Мексике было: она выпила бутылку текилы и сама себе вспорола живот, не задев ни одну жизненно важную артерию! Выжили и она, и малыш. И эффект пивоварни, когда дрожжи в желудке делали человека пьяным, тоже был.
– В новом сезоне Каверин не только вернётся к профессии хирурга, но и станет наставником молодого врача, дочери своего антагониста Еремеева. Мы увидим что-то похожее на «Интернов» с язвительным доктором Быковым?
– От «Интернов», конечно, далековато, но что-то такое будет – интересный воспитательный процесс мажорки, которую надо приводить в чувство.
– Это уже «Холоп» получается!
– Почти, но прилюдной порки у нас не будет. Просто человек начнёт меняться от плохого к хорошему.
– На ваш взгляд, реально перевоспитать взрослого человека?
– Нет, только если он попадёт в такие ситуации, которые его сломают. Перевоспитать нельзя, а сломать можно. Человек должен дойти до самого дна, тогда он сможет измениться. Только через боль и страдания человек меняется. Бить или не бить? – Ваш герой в новых сериях возвращается к своей изначальной профессии – хирурга. Новые учебники штудировать придётся?
– До этих эпизодов мы ещё не дошли – пока на экваторе, заканчиваем со съёмками натуры и потом переходим в больницу. Там я и узнаю, что мне придётся делать. Но не думаю, что что-то неожиданное, к тому же у нас прекрасные консультанты и мои друзья – профессиональные медики. Я всегда с ними консультируюсь, может что-то быть или нет.
– А если режиссёр скажет – неважно, у нас будет!
– Значит будет! У нас же не документальное кино, но мы стараемся, чтобы правды было как можно больше.
– Каково это – из серии в серию погружаться в мир выдуманной медицины? Как не выгореть?
– Так мы раз в год снимаем! И мне приятно быть на площадке с ребятами, с которыми уже пуд соли съели. Это здорово: когда хочется идти на работу, тогда не выгораешь.
– Ваш герой частенько применяет силу в конфликтных ситуациях. А вам самому приходилось кому-то морду бить?
– Конечно, как любому мужчине, но сейчас немножко другая ситуация. Я уже не могу себе позволить дать кому-то в морду, потому что это сразу станет достоянием общественности. Приходится решать какими-то другими способами. Но если это будет необходимо…
Если уж и бьёшь по морде, то ты должен быть прав в этом. Если ты неправ – ты быдло, тут никакие способы от Никиты Панфилова не помогут. Надо быть честным человеком, стараться бороться за свою правду и за любимых.
Воспитание мальчиков – это только терпение, а девочек – мимимишность.
Никита Панфилов Настоящий отец – Мы на съёмках видели идиллическую сцену – влюблённая пара с коляской и собакой. Скоро зрители увидят, каким бывает Каверин-отец. Чем отличается ваша экранная семья от настоящей?
– Да всем! Это, опять же, сказка, сироп. Таких семей не бывает. Или бывают, но это краснокнижные какие-то семьи. Потому что такое понимание, чтобы жить душа в душу с женой, – это у одной пары на миллион. Хотя, может, у моей экранной любимой как раз такой джекпот и случился!
– У вас в семье растут дочери и сын. Кого сложнее воспитывать?
– Марс и Венера – это полные противоположности, хаос и мимимишность. Девочки – это какая-то такая любовь, от которой папы становятся мягче. Это абсолютно разные два существа – отец сына и отец дочери. Они ведут себя по-разному, характер у них разный. Отцы дочерей мягче, проще, добрее. Кто-то сказал, что для того, чтобы мужчина начал понимать женщину, у него должна родиться дочь. Мне кажется, что у каждого мужчины должна быть дочь, чтобы он просто понимал женщину и понимал, как с ней общаться.
А когда у тебя мальчик, ты становишься дважды мужчиной, становишься ещё более кремень, ещё более закрытым и так далее.– Недавно прошёл Новый год. Что вы дарите своим женщинам?
– Если дочерям, то пишем письмо Деду Морозу. Надо правдами и неправдами узнать то, что человек хочет. Но это несложно, пока девочка маленькая. Обычно они всем классом хотят одно и то же. У них есть мода, и они в ней купаются, и тебе приходится соответствовать этой моде. Ну как же ты в школу придёшь без того, что у всех есть! А через неделю это уже немодно, и это катастрофа, и все начинается заново.
Так что перед тем как заводить детей, надо это понимать. Как и то, что если ты не хочешь проводить всё свободное время с детьми или не хочешь, чтобы тебе косички плели из бороды, то, наверное, отцовство – это не твоё.
– Так вот почему у вас нет бороды! Чтобы косички не плели!
– Это сейчас нет. Зато на мне рисуют. «Можно, я тебе нарисую на руке? Ну, рисуй!». В общем, она остановилась, когда у меня вся рука была изрисована.
А на следующий день гримёры спиртом оттирали художества дочери. Я на память эту разрисованную руку сфоткал!
– С девочками разобрались. А что дарить женщине?
– А это уже они сами говорят. Тут даже письмо Деду Морозу писать не надо. У взрослых всё конкретно и гораздо дороже, чем у маленьких девочек, только успевай покупать!
– Это точно. Кстати, в кино нам покажут Кавериных – молодых родителей, с подгузниками и прорезыванием зубов?
– Покажут, но это больше будут Ленины проблемы. Она – мать, она дома, у неё кризис из-за того, что она без работы и должна сидеть с ребёнком, да ещё и с ребёнком Глеба от первой жены Марины. А сам Глеб постоянно где-то спасает мир.
– Вы – опытный отец. Скажите, как жене, которая сидит с ребёнком, помочь преодолеть такой кризис?
– Что-то должно её отвлекать от этой рутины. Постоянно. Потому что первый год с ребёнком – это самое сложное, мне кажется. Это однообразие. И женщину нужно отвлекать и развлекать, чтобы она хоть иногда могла выдохнуть. Послеродовый кризис случается из-за постоянства одного и того же. На конвейерах иногда люди сходят с ума, оттого что они один и тот же процесс осуществляют годами. С мамами младенцев похожая ситуация. Выход один – отвлекаться, иначе можно сойти с ума.
– Вот и ваш акушер станет хирургом! Может, и вновь поменяет свой транспорт? В первом сезоне Глеб поражал раритетным мотоциклом, во втором – «Волгой-21». Что будет в третьем?
– Спорткар, но не каверинский, поэтому будет интересно!