Один плюс один равно концессия
Российские школьники показывают блестящие результаты на международных олимпиадах по математике, физике, химии, биологии и многим другим дисциплинам. Важно также, чтобы высокий уровень знаний был не только у олимпиадников, но и в среднем по стране, позволяя школьникам в будущем реализовываться в профессии. Учителя, лабораторные работы, образовательные традиции — без них в современной системе образования не обойтись. Поэтому вести о появлении новых госшкол, которые в последнее время прилетают из разных регионов, не могут не радовать. Только этим летом, к примеру, три учебных заведения открылись в Челябинской области. Фото: picture-alliance.com тестовый баннер под заглавное изображение
Привлечь финансирование для строительства дорогостоящих объектов помогает механизм государственно-частного партнерства (ГЧП). Челябинские школы построены по концессионным соглашениям между «ПроШколой» и Министерством образования и науки региона, поэтому у проекта и появились инвесторы. Из 6,1 млрд рублей общих расходов 1,7 млрд — вложения ВЭБ.
Это не единичный пример. С участием ВЭБа («ПроШкола» — дочерняя структура организации развития) построено 30 учебных заведений площадью более 194 тыс. кв. м. К примеру, в Самарской области в 2024 году возведены две новые школы. А всего в Приволжье реализуется свыше 40 проектов ГЧП по строительству образовательных учреждений.
А сколько таких проектов может быть реализовано? Регионы явно не могут самостоятельно строить в таких темпах. Концессии становятся решением проблемы, однако есть ряд нюансов, которые требуют внимания – в том числе для того, чтобы избежать неэффективного расходования госсредств. Необходимость донастройки осознают и в высших эшелонах — по итогам Восточного экономического форума президент России Владимир Путин предложил сделать ВЭБ.РФ обязательным участником проектов ГЧП. Такой механизм, по его словам, позволит контролировать распределение рисков.
Первоочередная задача для ГЧП — задать чёткие правила игры на уровне законов и нормативной базы. Все трактовки должны быть строго однозначными. Нужен жесткий регламент: сколько рассматриваются документы, при каких условиях можно вносить изменения, кто отвечает за устранение недостатков. Без этого даже перспективные проекты могут утонуть в бюрократии.
Второй важный шаг — создать удобные инструменты для всех участников. Например, единую цифровую платформу, где инвестор может подать документы, отследить их статус и контролировать ход строительства — без бесконечных хождений по кабинетам. А параллельно — открытый реестр подрядчиков с реальной историей их работы. Такая система будет не только экономить время, но и сведёт к минимуму риски, в том числе коррупционные.
Наконец, полная прозрачность. Вся техническая документация — от схем коммуникаций до результатов экспертиз — должна быть в открытом доступе. Чем прозрачнее процесс — тем больше серьезных игроков захотят в нем участвовать. Эти изменения не требуют изобретения велосипеда — нужно лишь системно подойти к тому, что уже доказало эффективность.
Сегодня в масштабах всей экономики доля ГЧП-проектов составляет около 3 % ВВП, поэтому возможности для роста есть. Нужно показывать значимость частных инвестиций, развивать систему эффективной аналитики рисков, чтобы регионы и бизнес всё больше вовлекались в эту работу. Ведь от качества настройки механизма зависят и объёмы реализации новых проектов. А потому в выработке наиболее эффективной модели заинтересовано как государство, так и общество в целом.
Источник