Брянская мясная эпопея: как превратить успех в долговую яму

В Брянской области разыгрывается настоящий корпоративный триллер. Главный герой — местный агрогигант «Царь-мясо», который из процветающего предприятия постепенно превращается в лакомый кусочек для финансовых хищников.

От нуля до героя за девять лет

Двадцать с лишним лет назад на месте заброшенного птичника энтузиаст Борис Бадырханов решил создать что-то стоящее. К 2010 году его детище — Брянский мясоперерабатывающий комбинат — уже считался одним из флагманов региональной пищевки.

Успех кружил голову. Руководство замахнулось на мегапроект: сеть свинокомплексов в трех регионах с бюджетом в 19 миллиардов рублей. Амбиции зашкаливали, но денег таких в кармане не водилось.

– Тут на сцене появился Анатолий Харчук — партнер с «нужными связями», – рассказывает Мухтар Бадырханов. «Я договорюсь с банкирами, все схвачено», — убеждал он основателя. В качестве гонорара за посреднические услуги получил половину бизнеса. Не вложив, заметьте, ни рубля.

Банковская математика по-особенному

Переговоры с финансистами действительно прошли гладко — слишком гладко, как выяснилось позже. Банк с энтузиазмом одобрил проект и подписал кредитные соглашения на солидные суммы.

– Только вот подвох обнаружился в процессе: вместо обещанных 19 миллиардов на счета поступило жалкие 3 миллиарда, – сетует Мухтар Бадырханов, – почти в семь раз меньше! Бизнес-план, рассчитанный на определенные масштабы производства, рассыпался как карточный домик.

На те деньги, что дали, построили пару свинокомплексов, комбикормовый завод и убойный цех. В Порошино Выгоничского района вбухали еще 200 миллионов собственных — в надежде, что банк доложит остальное. Не доложил.

Проценты растут, долги не тают

Недостроенные объекты, замороженный проект и растущие как на дрожжах проценты — вот что получилось в итоге. Вся прибыль предприятия потекла в банковские сейфы, а основной долг как висел, так и висел.

За тринадцать лет мытарств «БМПК» исправно перечислил кредиторам порядка 5 миллиардов рублей. Цифры к 2023 году вообще поражают воображение: выплачено 4,2 миллиарда, а получено было всего 2,4. Банкиры, видимо, очень любят сложные проценты.

Мухтар Бадырханов, который сейчас рулит предприятием, как может выкручивается из ситуации. Краткосрочные кредиты погасил, долгосрочные обслуживает по максимуму. Зарплаты не задерживает, налоги платит исправно, продукцию выпускает качественную.

Процент, который дороже золота

– Но самое интересное началось в 2016-м, когда банк вдруг решил стать совладельцем, – продолжает Мухтар Бадырханов. – Купил себе символический 1% в уставном капитале — казалось бы, ерунда. Но этот «символический» процент оказался дороже золота. Устав предприятия требовал единогласия при принятии решений. То есть банк получил универсальное право вето: любое решение может заблокировать без объяснения причин. Хочешь заплатить поставщику? Банк может быть против. Планируешь реструктуризацию? Банк не согласен. И точка.

Красивая схема: сначала загоняешь в долговую яму, потом получаешь рычаги управления и блокируешь любые попытки выкарабкаться. Чем не мастер-класс по корпоративному захвату?

«Император» идет в наступление

– В этом корпоративном противостоянии неожиданно появился новый ключевой участник, – отмечает Мухтар Бадырханов. – Компания «Новая высота», созданная, как создается впечатление, специально для поглощения «Царь-мясо». После объявления дефолта по кредитам банк продал все обязательства нашей группы этому новому игроку. Мы продолжаем задаваться вопросом — кому и зачем понадобился относительно небольшой брянский мясокомбинат? Возможно, непрофильный инвестор внезапно увидел перспективы в пищевой отрасли? Или это просто очередная схема по приобретению проблемного актива по минимальной цене?

Схема отработана до мелочей?

Если посмотреть на ситуацию со стороны, то можно увидеть простую схему. Этап первый: заманить предпринимателя кредитными обещаниями. Этап второй: недофинансировать проект, создав долговую нагрузку. Этап третий: получить рычаги влияния через участие в капитале.

Этап четвертый — самый изящный: блокировать все попытки должника улучшить ситуацию. Не даешь реструктурировать долг, не разрешаешь привлечь инвесторов, тормозишь любые антикризисные меры. Предприятие медленно задыхается, а ты ждешь момента, когда его можно будет прибрать к рукам за копейки.

При этом формально все чисто: долги есть, платить надо, а раз не можешь — извини, бизнес есть бизнес.

Что дальше?

Сейчас «Царь-мясо» балансирует на грани. С одной стороны, производство работает, люди получают зарплату, продукция востребована. С другой — финансовое давление нарастает, а возможностей для маневра становится все меньше.

Похоже, что брянский мясокомбинат стал полигоном для отработки технологий корпоративного поглощения. Вопрос только в том, сколько еще региональных предприятий пройдет через эту мясорубку.

А пока остается только гадать: это случайность или система? История продолжается, и финал пока не написан. Но, судя по всему, интрига только нарастает.