Пенсионные деньги станут добычей банков
Минфин и Банк России обсуждают возможности формирования добровольных пенсионных накоплений не только в негосударственных пенсионных фондах (НПФ), но и на специальных пенсионных счетах в банках. Об этом сообщил сегодня глава Минфина Антон Силуанов.Председатель правления банка ВТБ Андрей Костин и министр финансов РФ Антон Силуанов на съезде АРБ. Фото:ТАСС
"Мы рассматриваем привлечение ресурсов граждан не только в НПФы, но и на специальные пенсионные счета в банках. Это должно создать дополнительную ресурсную базу длинных денег в кредитных организациях", - заявил министр, выступая в четверг, 7 апреля, на съезде Ассоциации российских банков.
О стремлении финансового блока правительства разгрузить бюджет государства за счет работающих россиян стало известно еще в начале года. На сокращение размера трансфертов Пенсионному фонду России (ПФР) вначале ушли накопления граждан, замороженные в негосударственных пенсионных фондах (НПФ). Но пенсионная "пирамида" растет как на дрожжах, количество пенсионеров растет быстрее, чем количество работающих. В результате сегодня отношение средней пенсии к средней зарплате ("коэффициент замещения") в России составляет меньше 30%, тогда как в развитых странах оно достигает 60-80%.
Механизм обязательного негосударственного пенсионного обеспечения (ОНПО) предусматривает, что в придачу к тем 22%, которые ежемесячно с зарплаты каждого сотрудника работодатель перечисляет в ПФР из 30% страховых взносов, каждый работающий гражданин будет еще самостоятельно инвестировать в свою старость. Нововведение может стартовать уже в 2019 году, когда и работодателя, и работника обяжут перечислять в систему ОНПО по 1% от начисленной зарплаты. В дальнейшем планку планируется поднять до 3%.
Другой вариант - поэтапное внедрение ОНПО в зависимости от численности сотрудников в организациях. В этом случае с 2019 г. копить на старость начнут в компаниях, где работают больше тысячи человек, затем - от 500 и, наконец, от 100. Но так или иначе, к 2024 г. в программу должны войти все работающие россияне, включая индивидуальных предпринимателей.
Второй вариант предпочтительней, рассказал корреспонденту "Утра" член Экспертного совета по НПФ Комитета по финансовому рынку Госдумы Вячеслав Батаев. "Начинать надо с крупных организаций, где легче администрировать взносы, и где действует институт социального партнёрства (профсоюзы, коллективный договор)", - пояснил он. По его словам, подобные пенсионные системы действуют в Новой Зеландии, Австралии и Великобритании и софинансируются работником, работодателем и государством.
При этом эксперт негативно оценивает идею с открытием спецсчетов для ОНПО в банках. "Понятно, что ЦБ, как мегарегулятор, хочет угодить всем – и страховщикам, и банкам, а заодно помочь Минфину решить проблему с пенсиями, снизив при этом объем бюджетных трансфертов ПФР. Но у работающих граждан уже есть индивидуальные счета в ПФР, в НПФ, а как будут выглядеть эти банковские спецсчета не ясно".
Финансовый блок правительства стремится влить дополнительные деньги в банковскую систему, чтобы раскочегарить маховик кредитования замершей экономики. Однако в то же время глава Банка России Эльвира Набиуллина опасается, что улучшение ситуации с ликвидностью может спровоцировать чрезмерный интерес банков к рискованному кредитованию.
Руководитель отдела розничных продаж УК "Солид Менеджмент" Сергей Звенигородский отмечает, что открытие большого количества депозитов не будет способствовать повышению объема кредитов для экономики и их удешевлению, поскольку, как показывает практика, ЦБ тут же выкачивает эти деньги, повышая/снижая учетную ставку, ужесточая требования к объемам резервов и размерам собственного капитала банков.
"Идеального решения проблемы пенсионного обеспечения еще не найдено, поэтому поиски иногда затрагивают не совсем подходящие субъекты, в данном случае - банки", - рассказал он корреспонденту "Утра". И добавил, что банковская система имеет изъян, который скрывает АСВ - отчетность коммерческих банков недостаточно прозрачна и информативна, а значит, гражданам предлагается нести деньги в Сбербанк. Однако там и сейчас вполне спокойно размещаются пенсионные деньги из НПФ и ПФР, но соцблок правительства постоянно напоминает, что эффективность этих вложений невелика. "Кроме того, создание нескольких десятков миллионов дополнительных счетов создаст серьезную нагрузку на банки и ПФР, который будет вести эти счета и рассчитывать пенсии", - добавил Звенигородский.
А вот насчет сохранности пенсионных накоплений в системе обязательного пенсионного страхования (ОПС), что в НПФ, что в коммерческих банках повода беспокоится нет, уверен Батаев. Исходя из того, что сумма накоплений работника вряд ли будет превышать 1-1,5 млн рублей, она полностью покрывается из фонда обязательного страхования вкладов, в систему которого с начала этого года вошли и НПФ. Но у них нет планки гарантирования, составляющей сегодня для банковских вкладов 1,4 млн рублей, в случае отзыва лицензии у пенсионного фонда государство вернет гражданину всю сумму его взносов. А полученный инвестдоход не компенсируется ни там, ни там.
Что касается доходности таких вложений, банки тоже проигрывают. Средние ставки по депозитам не превышают 10%, тогда как НПФ в 2015 г. удалось обогнать инфляцию, заработав порядка 15-18% годовых.
При этом эксперт считает, что, уделяя столько внимания ОПС и накопительной части пенсии, ЦБ и Минфин совершенно напрасно не замечают потенциала корпоративных пенсионных программ. Именно они во всем мире обеспечивают пенсионерам достойный "коэффициент замещения".
"Регуляторы у нас изобретают велосипед, пытаясь придумать единую схему для всей страны. Мы это уже проходили в случае с накопительной частью пенсии, которую давно пора отменить", - считает Батаев. По его мнению, нынешняя идея с ОНПО сходна с корпоративной пенсией, на которую в стране с 1992 года подписались уже шесть миллионов человек – в транспортной, горнометаллургической, энергетической, атомной отраслях, нефтегазовом комплексе и т.д. Объем средств в корпоративных программах равен тому, что будущие пенсионеры накопили в НПФ через систему ОПС – 1,7 трлн рублей. При этом прошлогодний опрос РГСУ показал, что 53% работников готовы участвовать в пенсионной системе на своих предприятиях, а 56% работодателей проголосовали за корпоративную пенсию и готовы софинансировать ее.
Корпоративный сегмент НПО можно развить за счет 4 миллионов так называемых досрочников, которые работают во вредных производствах и за которых в ПФР ежегодно направляется трансфер в размере 300 млрд рублей. Этот проект хорошо "полетит" на принципах социального партнерства при трехстороннем софинансировании работником, работодателем и государством. "Но понятно, что ЦБ и Минфину не хочется разбираться в специфике каждой корпоративной программы, хотя их можно унифицировать. Им проще администрировать накопительную часть в системе ОПС," – резюмировал эксперт.