Радио "Свобода": Дрезденский связной

33-летний выпускник института КГБ СССР Владимир Путин приехал в ГДР по распределению в 1985 году и покинул ее в 1990-м – уже после падения Берлинской стены. Немецкой пятилетки своей биографии российский президент не скрывает, но на уходящей неделе стал известен факт, о котором он никогда публично не говорил: у Путина было удостоверение сотрудника Штази, Министерства госбезопасности Восточной Германии и на тот момент одной из самых зловещих спецслужб в мире.

Фотографию удостоверения Путина в начале уходящей недели опубликовало созданное в 1991 году специальное федеральное ведомство ФРГ по работе с архивами Штази (Stasi – сокращение от немецкого названия ведомства Ministerium für Staatssicherhei, "Министерство государственной безопасности"). Удостоверение, как следует из этого снимка, было выдано Путину в последний день 1985 года, 31 декабря, в Дрездене, где будущий российский президент работал под "крышей" Дома советско-германской дружбы. В ГДР Путин, по разным версиям, занимался слежкой за высокопоставленными чиновниками Социалистической единой партии Германии, курировал советских студентов и охотился за новейшими секретными западными технологиями. По утверждению немецкой газеты "Франкфуртер Рундшау", в число обязанностей Путина входил контроль за секретарем дрезденского отделения СЕПГ Гансом Модровым, а также отслеживание антикоммунистических акций протеста в ГДР. Кроме того, в конце 80-х годов Владимир Путин мог иметь отношение к сделкам по распродаже имущества группы советских войск в Германии, а также недвижимости ЦК КПСС. Все это лишь версии, зачастую противоречащие друг другу. Факт заключается в том, что начальство осталось довольно работой Путина: его повысили до подполковника (по разным версиям, это произошло либо в последние годы его службы за границей, либо уже на родине) и перевели в действующий резерв КГБ.

Радио Свобода попросило подробнее рассказать о том, что скрывается за найденным удостоверением Путина, американского эксперта по взаимоотношениям КГБ и Штази Дугласа Селвиджа. Селвидж является одним из ведущих сотрудников немецкого ведомства по работе с архивами спецслужбы, которое продолжает изучать сотни и тысячи документов Министерства госбезопасности ГДР, уцелевших после падения Берлинской стены и коммунистического правительства Восточной Германии.

– Знали ли вы о том, что у Путина было удостоверение сотрудника Штази?

– Лично я не знал, но я не удивлен этим фактом. Для офицеров КГБ ранга Путина было типичным получать такие удостоверения от Штази, чтобы проходить на территорию местных штаб-квартир этой спецслужбы. Владимир Путин работал в штаб-квартире КГБ в Дрездене и получил этот пропуск, чтобы иметь возможность прийти в дрезденскую штаб-квартиру Штази и обсудить с офицерами Штази свою текущую работу.

– Сколько всего было выдано таких удостоверений советским разведчикам, известно ли вам о других офицерах КГБ, которые их получили?

– Точное число неизвестно, но у главы штаб-квартиры КГБ в Дрездене оно наверняка было, как и у многих коллег Путина. Я думаю, в Дрездене было выдано 6–7 таких удостоверений, в Берлине наверняка гораздо больше. Это было обычной практикой. Люди, которым не были положены такие удостоверения, – это те, кто работал в провинции, в маленьких городках, или, например, разведчики из ГРУ, советской военной разведки. Им такие удостоверения не выдавались. Если им надо было попасть в штаб-квартиру Штази, они сначала договаривались об этом по телефону, а затем их встречали на входе и сопровождали.

– К концу существования социалистического государства в ГДР, помимо десятков тысяч штатных сотрудников Штази, было около 200 тысяч добровольных осведомителей спецслужбы. Получали ли они такие пропуска?

– Нет, осведомителям такие удостоверения не выдавались, только штатным сотрудникам. Это как ваш пропуск в здание, где вы работаете. Они выдавались даже секретарям и другому техническому персоналу Штази. И, конечно, офицерам КГБ, которые с Штази тесно сотрудничали.

– Давало ли такое удостоверение какие-либо привилегии его обладателю? Например, вас остановила полиция ГДР. Можно ли было избежать штрафа с помощью такого документа?

– Не думаю, что Путин использовал его каким-либо образом, кроме как для прохода в штаб-квартиру Штази. В архивах, которые я изучал, нет никаких указаний на то, что такие удостоверения использовались для чего-то другого, например, для вербовки агентов. Если сотрудникам КГБ надо было кого-то завербовать, они использовали для этого жителей ГДР, служивших в обычной полиции. КГБ платил им за это и использовал полицейских как вербовщиков. Они имели доступ к информации о людях, и если кого-то надо было завербовать, КГБ чаще действовал не напрямую, а через своих агентов в полиции.

Это работало и в обратную сторону: если полицейские узнавали о ком-то, кто готов сотрудничать, шпионить и так далее, они сообщали об этом людям вроде Путина. Когда речь шла о вербовке агентов, это всегда обставлялось так, что один немец вербовал другого, будь то немец из Западной Германии или из Восточной. В редких случаях, когда речь шла об уже действующих шпионах Штази, которые, скажем, работали в Западной Германии и приезжали в Восточную, агенты КГБ могли встречаться с ними лично. Но в целом, конечно, офицеры КГБ не бегали по Дрездену или Берлину, размахивая "корочкой" Штази, и не пытались с ее помощью кого-то завербовать или избежать штрафа за нарушение правил дорожного движения.

– Возлагались ли на обладателя такого удостоверения какие-либо обязанности, вроде уплаты ежемесячных взносов?

– Нет. Было официальное соглашение между Штази и КГБ, подписанное в марте 1978 года Министром госбезопасности ГДР Эрихом Мильке и Юрием Андроповым (ссылка на документ, нем., .pdf). В этом соглашении прописывались определенные обязанности офицеров КГБ, работающих в Германии, в частности, там говорится о том, что связные между КГБ и Штази в региональных штаб-квартирах должны были получать такие пропуска, чтобы иметь возможность беспрепятственного прохода в здания немецкой спецслужбы. Иногда для участия в каких-то совместных оперативных мероприятиях, иногда для обмена информацией, иногда для вербовки. Например, Штази могло сказать КГБ: есть такой-то человек, возможно, вам будет интересно его завербовать, чтобы он поставлял информацию из Западной Германии, или шпионить за ним. Поэтому в соглашении между Мильке и Андроповым и написано, что офицеры КГБ, которые, скажем так, были "прикреплены" к тому или иному отделению Штази, могут получать удостоверения спецслужбы для беспрепятственного прохода в ее здания.

– Что это за разноцветные штампы на левой части удостоверения и почему у Путина не хватает одного штампа, за четвертый квартал 1986 года? Может ли это быть связано с рождением его дочери Катерины в Дрездене 31 августа 1986-го?

– Это штампы о ежеквартальном продлении срока действия удостоверения. Мы можем только спекулировать о том, почему у Путина не хватает одного штампа. Тому может быть сотня разных причин: он мог заболеть, уехать на какое-то время в СССР или в аппарат уполномоченного КГБ в Карлсхорсте. Это могло быть связано и с рождением его дочери, но подтверждений у нас нет.

– Порядковый номер удостоверения Путина – 217590. О чем он может говорить?

– К сожалению, мы не можем получить из него какую-либо информацию. Было бы интересно взглянуть на списки выданных удостоверений, но в нашем распоряжении их нет, и мы не знаем, сохранились ли они. Если бы у нас были такие списки, было бы очень интересно посмотреть, например, не идет ли вслед за удостоверением Путина удостоверение какого-либо другого советского разведчика.

– Вы сказали о других агентах КГБ, которые, как и Путин, получали удостоверения Штази. А были ли офицеры Штази, получавшие удостоверения КГБ?

– Не думаю, что эта практика была взаимной. Я уверен, что если офицеру Штази нужно было прийти в штаб-квартиру КГБ в Дрездене, он, безусловно, мог это сделать. Но в соглашении между Мильке и Андроповым о выдаче офицерам Штази удостоверений КГБ ничего не говорится, и я не думаю, что они их получали. Если им было нужно что-то обсудить с советскими коллегами, то обычно именно офицеры КГБ приходили в офис Штази, а не наоборот. Кроме того, я предполагаю, что со стороны КГБ имела место попытка в какой-то степени сохранить секретность расположения своих зданий в Дрездене. Большинство жителей города знали, где находится штаб-квартира Штази, но далеко не все из них были осведомлены о расположении объектов КГБ.

– До сих пор неизвестно точно, чем Путин занимался в Германии. Есть разные версии на этот счет: вербовка функционеров Социалистической партии с целью смещения Эриха Хонеккера, охота за западными технологиями, отслеживание антикоммунистических акций. У вас есть какие-либо уточняющие данные на этот счет? В какой из этих сфер деятельности Путину могла понадобиться помощь Штази?

– Если вы говорите об операции "Луч", то у меня нет никаких доказательство того, что Путин в ней участвовал (информация об этой операции, как и другие сведения о службе Путина в Германии, довольно противоречива: по версии немецкого журналиста Александра Рара, в рамках этой операции КГБ пытался поддержать крыло "реформаторов" в Социалистической единой партии Германии (СЕПГ), чтобы убрать с политической сцены неуступчивого главу СЕПГ Эриха Хонеккера и провести процесс демократизации страны при новом лидере и под контролем СССР; по другой версии, КГБ, напротив, следило за реформаторами в СЕПГ, чтобы не допустить их усиления. – Прим. РС). Если такие доказательства и существуют, их надо искать не в архивах Штази, а в другом месте. Официально Штази ничего не знала об операции "Луч". Если вы почитаете архивы Митрохина (Василий Митрохин – бывший сотрудник архивного отдела Первого главного управления КГБ СССР, передавший в 1992 году британской разведке Ми-6 ряд секретных документов КГБ. – Прим. РС), то узнаете, что операция "Луч" началась еще в 1974 году, а ее основной целью было найти людей среди партийных чиновников среднего звена и интеллигенции для передачи советским спецслужбам информации о происходящем в Германии.

Путин не имел к этому никакого отношения. Путин в качестве совершенно рядового разведчика занимался тем, что действительно пытался выстроить сеть из завербованных граждан как Восточной, так и Западной Германии, с возможностью их последующей инфильтрации в спецслужбы западных стран. Основываясь на знании о том, чем занимались офицеры КГБ схожего с Путиным ранга, можно предположить, что его в первую очередь интересовали студенты, инженеры, особенно те, которые работали на западные промышленные компании, например "Сименс".

– Что стало с удостоверениями Штази после падения Берлинской стены? Пытались ли сотрудники Штази избавиться от них, уничтожить? Где оставшиеся удостоверения хранятся сейчас?

– Об этом невозможно говорить со 100-процентной точностью, поскольку некоторые штаб-квартиры Штази в городах ГДР были захвачены протестующими, некоторые нет, все это происходило в разное время, какие-то документы, включая удостоверения, Штази успело уничтожить, какие-то – не успело. Это, безусловно, удача, что здание Штази в Дрездене было захвачено быстро, одним из первых, и большинство документов оттуда сохранились до наших дней, включая удостоверение Путина. Иначе, я уверен, оно было бы уничтожено, как и другие документы.

– Что вообще стало с разведывательной сетью Штази после падения Берлинской стены? Журналист Борис Райтшустер писал в 2016 году в своей книге о Путине, что сейчас она частично реанимирована и снова служит интересам Москвы.

– На этот вопрос я ответить не могу, моя область исследований ограничена лишь тем, что происходило в Штази до 1989 года.

​– В 2015 году немецкое агентство Correctiv выпустило расследование о Владимире Путине и его работе в Германии, основанное на данных бывшего офицера Штази Клауса Цухольда, который утверждает, что он был завербован Путиным. В распоряжении Путина, говорится в материале Correctiv, была целая следственная группа из подразделения полиции Восточной Германии, известного под кодовым названием "К1". Официально это подразделение отвечало за расследование "политических преступлений" в ГДР. Можете ли вы подтвердить эту информацию?

– Я не могу подтвердить или опровергнуть это. Наши исследования показали, что офицеры КГБ, подобные Путину, действительно вербовали полицейских из K1 в различных областях ГДР. Иногда их рекомендовало КГБ Штази, иногда КГБ сам вербовал отставных сотрудников К1, вышедших на пенсию, – как правило, для тех это была сдельная, а не постоянная работа. Чаще всего они помогали КГБ собрать информацию о гражданах ФРГ или других западных стран, посещающих ГДР, и наоборот – о восточных немцах, которые бывают на Западе и могут пригодиться там в качестве агентов.

– Достоверно известно, что Владимир Путин некоторое время работал под "крышей" Дома советско-германской дружбы и в 1988 году в чине майора был награжден медалью "За заслуги в национальной народной армии ГДР". Хотя речь в приказе о награждении шла об армии, разведчик награждался от имени Штази. Подобные награждения происходили по причине отсутствия у Министерства государственной безопасности Германии своих наград. В Штази строго соблюдали основы конспирации. Можно ли предположить, за что он был награжден?

– Это хороший вопрос, но к сожалению, мы не знаем ответа на него. Штази действительно награждала своих сотрудников и агентов наградами от лица Министерства обороны. Но это не означает, что Путин работал на Штази, возможно, они просто хотели таким образом отметить его вклад в сотрудничество двух спецслужб. Это могла быть просто символическая награда, а могла быть и награда за какой-то конкретный случай, в котором он помог Штази. Или, например, таким образом могла быть отмечена его работа в обществе советско-германской дружбы, которое целиком состояло лишь из офицеров Штази и КГБ – простые люди туда вступить не могли.

​– Как вам кажется, позаимствовал ли Путин что-либо из своей работы в Германии для последующей карьеры?

– Да, я думаю, она на него безусловно повлияла. Став свидетелем того, как падал режим, как люди штурмовали штаб-квартиру Штази в Дрездене, как они пытались попасть в штаб-квартиру КГБ, где он был в это время, Путин наверняка вынес для себя определенный урок на будущее, который пригодился ему для эффективного сохранения власти в России.

– Продолжается ли в Германии процесс люстрации, выявления бывших агентов Штази?

– Да, этот процесс продолжается, но сейчас он касается лишь официальных лиц и государственных служащих. Власти различных немецких земель сами вольны решать, что делать с такой информацией, если она появляется, какую важность ей придавать и наказывать ли каким-либо образом таких людей. Мы узнаем о новых случаях сотрудничества со Штази, но в каждом таком случае важно определить, насколько тесным было это сотрудничество. Идет ли речь о том, что человек просто подписал пару бумажек, или это было более серьезное сотрудничество, например, он десять лет шпионил и доносил на всех вокруг и в архивах есть толстая папка с десятками его доносов и отчетов? Действие немецкого закона об архивах Штази (принят в 1991 году после долгих споров для того, чтобы обеспечить любому гражданину Германии возможность узнать, было ли на него досье у спецслужбы. – Прим. РС) недавно было продлено, и свою приверженность его продлению высказало и новое коалиционное правительство Германии. Эта работа продолжается.

Марк Крутов

https://www.svoboda.org/a/29656442.html