На руинах западных ценностей
«Америка переживает кризис смысла. А мы восполняем свою потребность в смысле всем, что попадается в наше распоряжение: наркотиками, этнической солидарностью, политической травлей. Проблема в данном случае заключается не в капитализме и его предполагаемых излишествах и не в классическом либерализме и связанным с ним разобщением людей. Проблема в том, что, пока против нас действует ряд центробежных сил, у нас очень мало центростремительных сил, способных удержать нас вместе.
Эти силы раньше были очевидны: церковь, семья, местное сообщество. Мы разделяли определенные базовые иудейско-христианские ценности: веру в ответственность человека за принятие решений, заботу о ближнем на социальном уровне, почитание нашего наследия индивидуальных прав при выполнении индивидуальных обязанностей во имя нравственности.
Все это давало нам смысл и цель. Но теперь эти ценности разорваны в клочья. В течение десятилетий левые в политике критиковали общественные институты, которые нас ограничивали. Церковь, вместо того чтобы действовать как объединяющая сила, стала изображаться как теократический диктатор; семья, вместо того, чтобы выступать в качестве защитника детей и бастиона для женщин, стала расцениваться как патриархальный институт тирании; местные сообщества, вместо того чтобы считаться источником инновации и общественной поддержки, стали рассматриваться как мучительный оплот провинциальности. Эти институты были стерты с лица земли; нас освободили от них, объявив, что мы были их жертвами.
Остались только руины».
Далее из книги британского журналиста Дугласа Мюррея «Странная смерть Европы»:
«Мы похожи на людей, которые утратили желание вдохновлять, потому что нам уже нечем кого-либо вдохновить».
«Уже в течение нескольких лет меня особенно поражали многочисленные рассказы, которые я слышал из первых рук (а также читал) от людей, решивших обратиться в ислам. Эти рассказы отчасти поражают своей похожестью. Почти всегда это история, которую мог бы рассказать едва ли не любой молодой человек. Обычно в них говорится следующее: „Я достиг определенного возраста [обычно это 20 или 30 с небольшим], я был в ночном клубе, пьяный и просто подумал, что жизнь не может ограничиваться только этим". Уже почти ничего больше в нашей культуре не говорит о том, что, конечно, жизнь этим не ограничивается. В отсутствие этого голоса молодые люди начинают поиски и приходят к исламу.
То, что они выбирают ислам, — это отдельная история. Почему же эти молодые мужчины и женщины (а очень часто это женщины) в результате поисков не приходят к христианству? Отчасти потому, что большинство ответвлений европейского христианства утратили уверенность в своей способности обращать в собственную веру или даже веру в собственное послание. Для церкви Швеции, Англии, лютеранской церкви Германии и многих других ответвлений европейского христианства религиозное послание стало формой ведения политики левого крыла, движения за разнообразие и проектов социального обеспечения».
Папа римский Франциск заявил на конференции в Ватикане, созванной, чтобы принять решение о том, как управлять заброшенными храмами и зданиями религиозного назначения ввиду отказа Европы от веры: «Не волнуйтесь, будьте счастливы».
«Сами по себе поиски смысла не новы. Новостью является то, что почти ничего в современной европейской культуре не может стать ответом на них. Ничто не говорит: „Вот наследие мысли, культуры, философии и религий, дававшее людям пищу в течение тысяч лет и способное что-то дать и вам". Вместо этого в лучшем случае раздается голос: „Найди свой смысл, где тебе угодно". В худшем случае можно услышать нигилистический принцип: „Твое существование не имеет смысла в лишенной смысла вселенной". Любой человек, верящий подобному принципу, буквально не способен чего-либо достичь. Общества, в которых наблюдается именно такая картина, точно так же не способны к каким-либо достижениям. Нигилизм, конечно, можно понять, когда он присутствует у некоторых людей, но когда он становится общественным кредо, он — фатален».
Источник