Взрывники в Москве в 1977 году

Бомба в утятнице.

И пока следователи занимались этим взрывом, в 18:05 прогремел новый. Теперь же взрывное устройство сработало в торговом зале продовольственного магазина под номером 15, расположенного улице Дзержинского (в настоящее время — Большая Лубянка). Это уже был непосредственный вызов сотрудникам КГБ, поскольку неподалеку от магазина находились административные здания, которые занимали чекисты Бауманского района. Посетителям магазина повезло. Преступник поместил взрывное устройство под прилавком, поэтому основной удар принял на себя металлический каркас. Жертв не было, ранения получили несколько человек.

А спустя всего 5 минут прогремел и третий взрыв. Это произошло возле магазина под номером 5 по улице 25 Октября (в наши дни — Никольская). И тогда жертв удалось избежать, поскольку злоумышленник подбросил бомбу в увесистую чугунную урну.

Расследование

Естественно, дело перешло под контроль КГБ. А возглавил расследование лично Юрий Владимирович Андропов. О произошедших взрывах было доложено Леониду Ильичу Брежневу. Генеральный секретарь в тот момент находился за пределами Москвы. Свободный день он решил посвятить любимому занятию — охоте. Узнав о трагедии, в экстренном порядке приехал в Кремль.

Начались следственные мероприятия. Первым делом стражи порядка остановили движение по всей синей ветке метро, а у всех входящих в «подземку» или выходящих из нее людей проверяли документы. Параллельно были заблокированы выезды из города, а все вокзалы и аэропорты мгновенно усилили меры безопасности.

Степан Затикян.

О трагедии власть молчала два дня. Поэтому москвичам все это время пришлось довольствоваться лишь домыслами и слухами.

А КГБ тем временем начал операцию «Взрывники». Расследование длилось круглыми сутками. За короткий период стражи порядка опросили несколько сотен свидетелей, но толку от этого не было. Дабы не пропустить что-либо важное, пришлось растопить снег на крышах близлежащих домов, а также на улицах и тротуарах. А судмедэксперты искали зацепки в телах как раненых, так и погибших людей. И благодаря их профессионализму удалось обнаружить синий фрагмент некой вещи. Вскоре стало известно, что это осколок от рукоятки утятницы, в которую была помещена бомба. Взрывчатка представляла собой адский коктейль из аммиачной селитры, тротила и часового механизма. Следователи выяснили, что подобные утятницы производились лишь на одном предприятии СССР — на заводе в Харькове. Причем партия являлась экспериментальной, поэтому ее просто раздали в качестве подарков. Вскоре чекистам удалось сузить круг, откуда могли приехать преступники до трех городов — Харьков, Ереван и Ростов-на-Дону.

Акоп Степанян.

А спустя некоторое время стало понятно, что в столицу гости прибыли именно из Еревана. Помогли в этом остатки сумку, в которой и находилась утятница. Такие «котомки» изготовляли как раз в столице Армянской ССР. Туда по приказу Андропова был направлен самолет со следственной группой.

Но, несмотря на все старания, найти преступников по горячим следам не получилось.

Неожиданная находка

Продвижение по делу произошло лишь спустя восемь месяцев. На Курском вокзале была найдена брошенная сумка. При осмотре следователи обнаружили не только взрывное устройство, но одежду. В частности, шапку и куртку. На последней красовалась олимпийская нашивка столицы Армянской ССР. А немного позже криминалисты смогли обнаружить на головном уборе черные волосы.

Милиционеры получили ориентировку на темноволосого мужчину без куртки, но, возможно, в синих штанах. Начались поиски подозреваемого на вокзалах и аэропортах. В приоритете было кавказское направление. Спустя некоторое время человек, подходивший под описание, был задержан в поезде № 55, следовавшем из Москвы в Ереван. Более того, мужчина оказался без документов и не смог толком объяснить, для чего он ездил в столицу СССР. Путешествовал он не один, а в компании друга. Вскоре удалось установить и личности задержанных. Первым был Акоп Степанян, вторым — Завен Багдасарян.

При обыске в их ереванских квартирах стражам порядка удалось обнаружить взрывчатку, схожую с той, что применялась в Москве. Спустя некоторое время следствию удалось установить, что Степанян и Багдасарян — исполнители. А организатором взрывов стал Степан Затикян. На него указали задержанные, заявив, что Затикян — активист нелегальной «Национальной объединенной партии». Следователи выяснили, что данная ячейка продвигала идеи отсоединения Армении от СССР. Также в их планах значилось возвращение в состав страны территорий, которые на тот момент являлись турецкими. Интересно вот что: за девять лет до трагедии несколько лидеров партии (среди них находился и Затикян) были арестованы за «антисоветчину». Во время допросов Затикян все отрицал. А Степанян и Багдасарян постоянно меняли показания, вели себя неадекватно.

Суд длился на протяжении восьми дней. Причем сам Брежнев приказал вести съемку процесса, чтобы потом представить его в виде «документалки». Всю троицу приговорили к высшей мере наказания. В конце заседания заключенным дали слово. Свою речь Затикян закончил так: «Передайте людям, что это были последние слова Степана: Месть, месть и ещё раз месть».

Завен Багдасарян.

Кстати, кое-кто из советских диссидентов был против такого жестокого приговора. Они заявляли, что вина арестованных не доказана, а дело против них сфабриковано. Особенно отличился на этом поприще физик-теоретик, один из создателей водородной бомбы Андрей Дмитриевич Сахаров. Но власть СССР к мнению диссидентов не прислушалась. И приговор вскоре был приведен в исполнение.

Источник