Историческая, политическая и военная катастрофа, постигшая армянский народ в 2023 году, переросла в катастрофу гуманитарную. Она стала еще и катализатором глубочайшей социально-политической деформации внутри самой Армении. Массовый исход населения, когда в течение нескольких дней РА приняла более 100 тысяч беженцев, наложил на государственные институты Армении беспрецедентную ответственность. Однако сегодня, весной 2026 года, мы наблюдаем, как искренняя человеческая боль и потребность в элементарном выживании становятся заложниками узкопартийных интересов и идеологических манипуляций, направленных на окончательное закрытие вопроса Нагорного Карабаха (Арцаха) в ущерб достоинству тысяч соотечественников.
Глубинные причины нынешнего кризиса невозможно рассматривать в отрыве от цепочки политических решений, ставших предвестниками деарменизации Арцаха – колыбели армянской культуры и цивилизации. Фундамент трагедии был заложен ещё в Праге 6 октября 2022 года, когда на фоне поиска сомнительных геополитических гарантий была фактически санкционирована сдача края Азербайджану. События 2023 года, когда армия РА под политическим руководством Никола Пашиняна лишь в бинокли наблюдала за процессом этнической чистки, стали закономерным финалом этой стратегии.
Сегодняшняя неспособность власти обеспечить достойную интеграцию армян Арцаха – это прямое продолжение политики «дистанцирования». Красноречивым подтверждением системного провала является тот факт, что из огромного массива прибывших лишь около 4300 человек на сегодняшний день получили гражданство Республики Армения. Низкие темпы «паспортизации» обусловлены не только бюрократией, но и стратегическим расчетом власти: превращение арцахцев в аморфную массу с неопределенным статусом лишает их политического голоса.
Особый цинизм ситуации подчеркивается институциональными ловушками, в которые загнаны беженцы. Режим «временной защиты», предложенный правительством Никола Пашиняна, фактически превратился в инструмент давления: право на долгосрочные жилищные программы жестко аффилировано с получением гражданства. Многие арцахцы воспринимают это как принудительный ультиматум: отказ от паспорта с кодом 070 – это отказ от своей идентичности и права на возвращение в обмен на призрачные социальные гарантии. Такая «пашиняновская социальная инженерия» лишь ускоряет темпы оттока населения. Статистика неумолима: отсутствие внятных перспектив уже привело к тому, что более 15 тысяч арцахцев покинули Армению, ища пристанища в других странах (в первую очередь в России). Этот вторичный исход является прямым обвинительным актом системе, которая выстраивает барьеры вместо мостов.
Симптоматичным подтверждением этого разрыва стал недавний инцидент в ереванском метрополитене. Случайная перепалка премьер-министра с женщиной-беженкой Армине Мосиян обнажила скрытую агрессию государственного аппарата к жертвам собственной политики. Никол Пашинян в ереванском метро вернулся к своим «базовым настройкам» периода 2008 года, когда в ночь трагедии 1 марта кричал о необходимости «очистить город от карабахской мрази». Гневная тирада Пашиняна, сопровождавшаяся криком и обвинениями в адрес людей, «посмевших сбежать», в присутствии маленького ребенка, – это не просто эмоциональный срыв. Это манифестация желания власти максимально жестко табуировать тему своей собственной ответственности.
Упреки в «потраченных миллиардах» выглядят особенно цинично на фоне того, что государственные жилищные сертификаты зачастую не покрывают даже половины рыночной стоимости жилья в безопасных районах, оставляя людей в состоянии перманентного выживания. Поспешные извинения в социальных сетях выглядят как технологическая попытка купировать репутационные риски перед предстоящим электоральным циклом, а не как акт признания вины.
На фоне очевидной пробуксовки государственных программ вакуум социальной поддержки вынужденно заполняется международными и общественными организациями. Если на начальном этапе основная нагрузка легла на Францию, Евросоюз и Нидерланды, то сегодня наиболее заметную активность проявляет АНО «Евразия», развернувшая масштабную сеть помощи в Армавире, Масисе, Арташате и других регионах. Однако реакция официального Еревана на эту деятельность вызывает серьезные вопросы. Пропагандистская машина власти поспешила заклеймить гуманитарную активность как инструмент «гибридной войны», фактически выставляя поддержку нуждающихся людей как угрозу национальной безопасности. Подобная риторика свидетельствует о глубоком кризисе доверия: власть, не способная самостоятельно удержать людей от эмиграции, начинает воспринимать любую альтернативную помощь как конкуренцию за лояльность населения.
Особого внимания заслуживает вопрос прозрачности распределения западных ресурсов. С 2023 года только Европейский союз, по разным оценкам, выделил более 70 миллионов евро на гуманитарные нужды беженцев. Сумма колоссальная, однако «на земле» она материализуется крайне фрагментарно. Беженцы продолжают нуждаться в базовых продуктах питания, медикаментах и жилье, что порождает логичный вопрос: все ли средства дошли до адресатов? Случай для армянской действительности вполне обычный: в конце 2020 – начале 2021 года в армянских СМИ и политических кругах активно обсуждались сообщения об исчезновении части средств, собранных фондом «Айастан» во время войны в Карабахе (речь шла о переводе около 100-110 млн долларов в госбюджет – средств, следы которых так и не найдены).
В экспертном сообществе все чаще звучит требование о проведении независимого аудита выделенных ресурсов. Отсутствие прозрачной отчетности в условиях, когда тысячи людей до сих пор ютятся во временных центрах, создает благодатную почву для подозрений в нецелевом расходовании средств под прикрытием «бюрократических издержек» и раздутых административных штатов.
При этом официальный Ереван демонстрирует избирательную принципиальность, отказываясь от российской гуманитарной помощи под предлогом защиты суверенитета. В то же время ангажированные медиаресурсы, такие как Telegram-каналы или партийные пропагандистские СМИ, разворачивают кампанию по дискредитации самой идеи поддержки арцахцев. Нарративы о том, что они, дескать, «не нуждаются в подачках», или утверждения, что внешние силы пытаются купить симпатии людей «за миску риса» ради голосов на парламентских выборах 7 июня, направлены на дискредитацию беженцев. Попытка выставить обездоленных людей как «электоральный товар» не только аморальна, но и социально опасна, так как она провоцирует внутренний раскол в обществе, которое и без того находится в состоянии тяжелой психологической травмы.
В конечном итоге ситуация вокруг помощи арцахцам стала зеркалом общего состояния армянской власти. Если руководитель страны не в состоянии решить элементарные вопросы безопасности и интеграции соотечественников, но при этом тратит энергию на борьбу с гуманитарными инициативами и публичные перепалки с пострадавшими, речь идет о системном управленческом параличе.
Политическая целесообразность не может служить оправданием для игнорирования нужд людей, ставших жертвами геополитических игр. Без проведения честного аудита иностранной помощи и прекращения информационной войны против собственных граждан государственная власть рискует окончательно утратить моральное право на управление обществом, чье доверие тает пропорционально числу людей, покидающих страну в поисках безопасности и уважения.
Известного героя спрашивали: «Где деньги, Лебовски?» Вопрос можно перефразировать и переадресовать: «Где деньги, Пашинян?»