The Guardian, Великобритания. Забудьте о британском потенциале ядерного сдерживания — на самом деле Россия боится не этого

21.01.2018

Марк Галеотти (Mark Galeotti)

Британские оборонные расходы и военный потенциал являются главным объектом жесткой критики, в ходе которой часто заходит речь о потенциальной угрозе со стороны России — будь то обрыв интернет-кабелей, проходящих по дну океана, отправка бомбардировщиков в наше воздушное пространство или вторжение на территорию стран НАТО.

Россию, выражаясь современным языком, используют в качестве инструмента для достижения интересов вполне определенных групп и оправдания закупок новых дорогостоящих систем. Но, учитывая, что Россия является самым серьезным агрессором, с которым Великобритании, возможно, придется столкнуться, поразительно, как мало в стране говорят о том, какие именно британские силы и средства действительно вызывают беспокойство у российских военнослужащих и военных стратегов.

Судя по российским военным обозрениям и моим собственным беседам с российскими офицерами (как действующим, так и отставными), считаю, что существуют три причины для их беспокойства и одно явное упущение.

Вне всякого сомнения, в величественном здании Генштаба Вооруженных Сил на улице Знаменка в Москве с явным одобрением воспримут информацию о том, что Великобритания объединяет и сокращает свои силы специального назначения и быстрого реагирования. Как когда-то сказал мне офицер Главного оперативного управления Генштаба, недавно вышедший в отставку (с энтузиазмом повторив старую истину), «у Великобритании всегда была лучшая в мире легкая пехота, и эти гады захватывают территории быстрее, чем нам бы хотелось».

Танки отлично подходят для боев с другими танками, но вероятность полномасштабной сухопутной войны между Россией и НАТО очень мала. Во всех остальных случаях — от отправки военных судов и гуманитарной интервенции, до отражения действий по захвату территорий, вроде тех, что были предприняты в Крыму, где важно попасть на поле боя, когда надо, а не слишком поздно — нет ничего лучше, чем спецназ, морская пехота и парашютно-десантные войска.

Эти силы также подходят для решения геополитических задач после выхода Великобритании из Евросоюза. Они позволяют Великобритании достичь своей обычной цели — «действовать несоразмерно своим возможностям» и, пусть даже это покажется святотатством — доставлять радость французам. Во время своей недавней поездки в министерство обороны Франции я неоднократно слышал опасения, что в результате Брексита Франция станет последней страной в ЕС, обладающей силой воли и возможностями проводить серьезные нерегиональные боевые операции. Если мы все еще являемся потенциальными партнерами, то эо обеспечивает нам авторитет, доверие и рычаги влияния.

В некотором смысле, русские примерно так же оценивают наш военно-морской флот. Беспокойство у них вызывает не наш громадный новый авианосец, который, по словам одного морского офицера, в условиях войны будет отличным «магнитом для ракет». Их скорее беспокоят другие силы и средства — более легкие и не такие многочисленные. Подводные лодки, которые могут оспаривать господство в северных водах. Фрегаты, способные защитить наши береговые линии и обеспечить военное присутствие за рубежом. Просто наличие достаточного количества кораблей для задействования и переброски в любой момент. Как сказал мой собеседник, «если ваш флот в целом состоит из одной авианосной ударной группы, то вы можете сделать хорошо что-то одно, но больше ничего».

В-третьих, Великобритания, по мнению русских, обладает преимуществом не только благодаря определенным родам войск и боевым подразделениям, но и за счет боевой подготовки и морального состояния. Успехи России в Крыму и в Сирии отчасти демонстрируют, что теперь они как никогда до этого уделяют особое внимание «человеческому» фактору в своих вооруженных силах. Проблемы Британии, связанные с необходимостью экономить на обучении и подвергать своих военных чрезмерным нагрузкам, не остались незамеченными. Один русский отметил, что «сегодня у европейцев есть армии, но нет солдат, а у англичан всегда были солдаты (а самом деле он сказал «бойцы, что ближе по значению к слову «воины»). Так почему же они хотят этого лишиться?» Действительно, почему?

Безусловно, есть много других аспектов, важных для обороноспособности Великобритании. Что же тогда не вызывает опасений у русских? Я ни разу не замечал, чтобы кто-то серьезно относился к нашим «отдельным силам ядерного сдерживания». По разным причинам сегодня это не является предметом серьезных обсуждений. Хотя, если исключить эти расходы из оборонного бюджета, это может иметь огромное значение. Но давайте не будем делать вид, что Москву этот эти силы особо заботят.

Разумеется, анализируя вопросы обороны, следует учитывать интересы Великобритании в комплексе. Но если одной из главных задач является сдерживание русских, то стоит обратить внимание на то, что на самом деле может их сдержать: мобильные, высокоманевренные и универсальные войска, состоящие из настоящих профессионалов. Не обязательно, чтобы у них было самая тяжелая техника, самые большие корабли или самые дорогостоящие самолеты. Но они должны быть в состоянии оперативно оказываться в нужном месте и в нужное время.